Стратегия национальной безопасности США, опубликованная на прошлой неделе, представляет собой радикальный внешнеполитический перелом, отвергающий десятилетия либерального интернационализма. Документ формулирует прагматичный и унилатералистский курс, который ставит под сомнение будущее традиционных альянсов, перекраивает глобальные приоритеты Вашингтона и бросает вызов давним союзникам.
В чем суть новой стратегии нацбезопасности США?
В основе новой стратегии национальной безопасности США лежит отказ от стратегий, доминировавших с конца Холодной войны. Во вступлении, подписанном президентом США Дональдом Трампом, заявлено, что эпоха, когда США "поддерживали мировой порядок", закончилась. Документ прямо осуждает внешнеполитические элиты за убежденность в том, что "постоянное американское господство во всем мире" отвечает национальным интересам. Вместо этого провозглашается, что "дела других стран становятся заботой Вашингтона, если их деятельность напрямую угрожает американским интересам".
Стратегия позиционирует себя как прагматичная и реалистичная, но в духе "гибкого реализма", означающего, что США больше не будут навязывать демократические ценности или социальные изменения другим странам, особенно тем, традиции которых сильно отличаются от американских. Исключение делается лишь для западных союзников, которых администрация намерена критиковать за "элитарные, антидемократические ограничения основных свобод".
Почему в приоритете США Западное полушарие?
Документ объявляет "восстановление американского превосходства в Западном полушарии" центральной задачей, возрождая и расширяя доктрину Монро. Этот новый подход предполагает не только противодействие влиянию внешних держав, но и активное формирование политического ландшафта региона. Документ обещает "поощрять и вознаграждать правительства, политические партии и движения", в целом соответствующие американским принципам, что на практике уже выражается в публичной поддержке консервативных лидеров и масштабной финансовой помощи Аргентине.
Для реализации этой цели администрация намерена передислоцировать военные активы из других регионов в полушарие, усилить борьбу с наркотрафиком в Карибском море и нерегулярной миграцией, а также блокировать усилия конкурентов не из Западного полушария наращивать влияние в регионе. Эти шаги, включая наращивание военного присутствия вокруг Венесуэлы, указывают на готовность к более прямым и силовым действиям для обеспечения регионального доминирования.
Как изменилось отношение США к Европе?
Наиболее резонансной частью документа стала беспрецедентно жесткая критика Европы, которую некоторые европейские политики назвали "памфлетом ультраправых". Стратегия утверждает, что Европа стоит перед лицом "перспективы стирания цивилизации" и что менее чем через 20 лет некоторые страны станут "неузнаваемыми" из-за своей миграционной политики и "провального курса на удушающее регулирование".
Документ ставит под сомнение, останутся ли европейские государства "достаточно сильными, чтобы быть надежными союзниками", и прямо призывает "культивировать сопротивление" текущему курсу ЕС, поддерживая "патриотические европейские партии". Такой язык напрямую перекликается с риторикой европейских ультраправых сил и конспирологической "теорией великого замещения". Экс-премьер Швеции Карл Бильдт заявил, что эта позиция "ставит США правее крайне правых в Европе".
Президент Европейского совета Антониу Кошта отверг "угрозу вмешательства в политическую жизнь Европы", подчеркнув, что только европейцы решают, каким партиям управлять. Германия, через своего официального представителя, назвала эти обвинения "идеологией, а не стратегией", а министр иностранных дел Йоханн Вадефуль заявил, что стране не нужны "внешние советы".
Какую роль США отводят Китаю?
Вопреки стратегиям предыдущих лет, соперничество с Китаем не названо главным вызовом. Акцент смещен с глобальной конфронтации на экономическое соревнование и "перебалансировку" торговли. Однако документ четко определяет сдерживание конфликта вокруг Тайваня как приоритет, ссылаясь на его критическую роль в производстве полупроводников и стратегическое положение. Захват острова, по мнению авторов, откроет Китаю доступ к так называемой второй цепи островов (от Японии через Гуам до Новой Гвинеи) и укрепит его позиции в Южно-Китайском море.
Администрация при этом подчеркивает, что США не могут и не должны действовать в одиночку. Стратегия содержит жесткое требование к азиатским союзникам, в первую очередь Японии, Южной Корее и Филиппинам, значительно увеличить военные расходы и взять на себя больше обязанностей по коллективной обороне, особенно в рамках первой цепи крупных архипелагов Тихого океана, расположенных у материкового побережья Восточной Азии.
Почему Ближний Восток перестал быть приоритетом?
Стратегия США констатирует, что эпоха доминирования Ближнего Востока в американской внешней политике завершена. Это объясняется двумя факторами: энергетической независимостью США и снижением, по оценке авторов, уровня конфликтов в регионе, чему способствовали перемирие в Газе и ослабление ядерной программы Ирана. Теперь Вашингтон видит регион не как "постоянный раздражитель", а как потенциальную зону экономического партнерства и инвестиций, в том числе в сфере искусственного интеллекта. При этом США все же сохранят военное присутствие для защиты безопасности Израиля, энергоснабжения и свободы судоходства.
Какова стратегия США в отношении России?
Обновленная стратегия нацбезопасности США означает кардинальный сдвиг в подходе к конфликту на Украине. Завершение украинского кризиса объявляется "ключевым интересом" США для "восстановления стратегической стабильности с Россией". Документ критикует "нереалистичные ожидания" еврочиновников и выступает за прагматичное урегулирование. Кроме того, стратегия США не классифицирует РФ как угрозу, что противоречит позиции НАТО, настаивающей, что "Россия представляет опасность для трансатлантической безопасности".
В отличие от стратегии администрации Джо Байдена (2022), где РФ изображалась как источник агрессии, и даже от первой стратегии Трампа (2017), где Москва называлась "конкурентом", нынешний документ представляет иную картину. Россия не определяется в нем ни как угроза, ни как опасность. Если в документе Байдена Россия упоминалась 71 раз, а Украина - 33 раза, то в новой стратегии эти цифры сократились до 10 и 4 упоминаний соответственно. Напротив, фокус сместился на Китай (24 упоминания) и Европу (49 упоминаний).
Конфликт на Украине рассматривается как дестабилизирующий фактор, мешающий достижению более широких целей:
- В документе указано, что администрация Трампа "находится в противоречии с европейскими чиновниками, возлагающими нереалистичные надежды на конфликт". Обвиняя европейские правительства в попрании демократических принципов ради подавления оппозиции, которые якобы препятствуют мирным инициативам, США перекладывают часть ответственности за продолжение кризиса на союзников;
- В документе упоминается обеспечение послевоенного восстановления Украины для ее выживания как "жизнеспособного государства", но отсутствует риторика о восстановлении территориальной целостности или суверенитета в полном объеме, что было ключевым для предыдущей администрации;
- Подчеркивается, что недопущение конфликта между Россией и Европой невозможно без "значительного дипломатического участия" Вашингтона.
Новый подход к РФ неразрывно связан с жесткой критикой Европы, которая оценивается как цивилизация, стоящая на грани упадка из-за миграции и утраты идентичности. США открыто заявляют о намерении "культивировать сопротивление" текущему курсу ЕС, поддерживая внутренние евроскептические и национал-патриотические силы.
Официальная реакция Кремля была положительной. В Кремле документ расценили как "позитивный шаг", отметив, что формулировки против конфронтации и в сторону диалога во многом соответствуют российскому видению. По мнению Москвы, стратегия может стать "залогом" для конструктивного продолжения переговоров по Украине и открыть перспективу для "реставрации" отношений. При этом в Кремле сохраняют скепсис относительно ее реализации, указывая на возможное сопротивление "глубинного государства" в США.
Что означает требование США к НАТО?
Одним из самых конкретных и жестких положений документа стало требование к европейским союзникам по НАТО увеличить оборонные расходы до 5% ВВП. Это так называемое "Гаагское обязательство" рассматривается экспертами не как "распределение бремени", а как его полный перенос на Европу. При этом реакция европейских лидеров была сдержанной. Глава дипломатии ЕС Кая Каллас признала разногласия, но заявила, что США остаются "крупнейшим союзником", а союз должен "держаться вместе". Министр иностранных дел Германии Йоханн Вадефуль также подтвердил, что США - "важнейший союзник", но повторил, что вопросы свободы слова Германия будет решать самостоятельно. Многие европейские столицы воспринимают документ как подтверждение необходимости ускоренного развития стратегической автономии Европы.
В стратегии также обозначена цель избавиться от восприятия альянса как "постоянно расширяющегося". Это отсылка к одному из давних требований России и означает символическое закрытие двери НАТО для дальнейшего расширения, в частности, для Украины и Грузии.
Дзен
Новости
Telegram
