Россия сближается с Индией для достижения равновесия с Китаем

Россия сближается с Индией для достижения равновесия с Китаем

В конце прошлого года посол России в Индии Николай Кудашев заявил, что Москва надеется достичь соглашения о свободной торговле между Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС) и Нью-Дели к 2020 году, пишет The Diplomat в материале Russia’s Strategy in Central Asia: Inviting India to Balance China. Кудашев подчеркнул, что в прошедшем году российско-индийские отношения пережили необычайный пик развития. Ожидается, что премьер-министр Индии Нарендра Моди и президент России Владимир Путин не раз встретятся в 2020 году, в том числе на Красной площади в Москве, на ежегодном праздновании Дня Победы.

ЕАЭС объединяет Армению, Белоруссию, Казахстан, Киргизию и Россию, но идея о присоединении Индии вызывает чувство дежавю. Как и во время расширения Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), российская тактика, похоже, заключается в сотрудничестве с Индией для уравновешивания растущей экономической мощи Китая в Центральной Азии.

В 2017 году Индия и Пакистан официально стали постоянными членами ШОС. Тогда организация впервые расширилась с момента создания в 2001 году, тем самым аннулировав соглашение 2008 года о временном прекращении рассмотрения заявок новых членов. Россия настаивала на присоединении Индии к ШОС, в то время как другая доминирующая сила в организации, Китай, согласилась на членство Нью-Дели только при условии, что Пакистан также должен быть приглашен в организацию.

Возникает вопрос: что произойдет, если Индия будет приглашена в ЕАЭС. Что подобное решение говорит о китайско-российских отношениях в Центральной Азии?

Китайско-российские отношения продолжают укрепляться, и Россия никогда публично не признает желание обуздать влияние Пекина в Центральной Азии. Москва будет действовать стратегически, расширяя экономическое сотрудничество с Индией.

Под давлением Соединенных Штатов Китай и Россия укрепили свое сотрудничество не только политически, но и в экономической сфере. В прошлом китайско-российские отношения часто описывались как ”крепкие политические и прохладные экономические”, а также ”крепкие на официальном уровне и прохладные на уровне народов”. Однако в настоящее время ситуация изменилась. Китай был крупнейшим торговым партнером России в течение девяти лет подряд. В 2019 году российско-китайский товарооборот продолжил рост, впервые превысив $100 млрд в 2018 году. В том же году был построен газопровод ”Сила Сибири” и первый автомобильный мост, соединяющий Россию и Китай, что углубило двусторонние экономические связи. В 2018 году более 2 млн китайских туристов посетили Россию и почти 2,5 млн россиян съездили Китай.

Однако высокий уровень политического доверия и широкое экономическое сотрудничество между двумя странами не означает, что в Центральной Азии нет российско-китайской конкуренции. После реализации инициативы ”Один пояс - один путь”, экономическая мощь Китая в Центральной Азии возросла. По словам д-ра Адиля Манкхеля, к апрелю 2017 года Китай инвестировал в регион $304,9 млрд ”в такие сектора, как транспорт, связь, энергетическая инфраструктура, финансовые связи, передача технологий и содействие торговле”. ”Проекты России меркнут на фоне экономической мощи Китая, в частности, по сравнению с объемом средств, выделяемых на инфраструктуру в рамках Инициативы ”Один пояс-один путь””, - утверждает Бенно Зогг. Таким образом постепенно Центральная Азия все сильнее попадает под влияние инициативы ”Один пояс-один путь”  и становится все более зависимой от инвестиций и торговли Китая, хотя Москва считает регион частью российской исторической сферы влияния.

Чтобы играть в эту геополитическую игру и одновременно поддерживать хорошие отношения с Китаем, российское правительство присоединились к инициативе ”Один пояс - один путь” и опубликовало 8 мая 2015 года совместное с Китаем заявление, обязавшись сотрудничать в развитии ЕАЭС и китайской инициативы. ”Проекты ЕАЭС и Шелкового пути могут гармонично дополнять друг друга”, - заявил тогда Владимир Путин.

Однако профессор Джин Л. Уилсон считает, что декларация с Китаем была подписана Россией в одностороннем порядке, хотя президенты Казахстана и Беларуси, являющиеся членами ЕАЭС, также присутствовали в Москве в то время. Вероятно, что страны Центральной Азии не хотели бы, чтобы их торговые отношения с Китаем ограничивались рамками России. По мнению Уилсон, это объясняет, почему первый президент Казахстана Нурсултан Назарбаев ”был непреклонен в том, что ЕАЭС должен функционировать исключительно как экономическая, а не политическая структура”.

После распада СССР, несмотря на сохранившиеся связи с Россией в области безопасности, экономики и культуры, страны Центральной Азии стали независимыми. Чтобы усилить национальную самобытность, некоторые центральноазиатские государства пытаются ”дерусифицировать” себя, ограничивая использование русского языка и продвигая местные языки, как, например, в Туркменистане, Узбекистане и Киргизии. В этом контексте расширение торговли с Китаем и сотрудничество в рамках инициативы ”Один пояс-один путь”, усиление влияния Пекина не только соответствует экономическим интересам стран Центральной Азии и их политических элит, но и косвенно способствует национальному строительству. Эту серьезную мотивацию можно наблюдать в отношении правительств стран Центральной Азии к периодическим антикитайским протестам. По словам Брэдли Джардина, ”антикитайские настроения в Казахстане и Киргизии растут из-за жестокого обращения с мусульманским населением Китая”. Однако правительства обеих стран Центральной Азии ”пытаются предотвратить распространение новостей о лагерях, задерживая или штрафуя видных активистов и протестующих против Китая”.

Хотя в 2019 году премьер-министр Китая Ли Кэцян и премьер-министры стран-членов ЕАЭС опубликовали Совместное заявление о вступлении в силу Соглашения о торгово-экономическом сотрудничестве между Китаем и ЕАЭС, экономическое сотрудничество между Китаем и ЕАЭС на практике малоактивно. Существует ряд проблем, которые мешают координации между ЕАЭС и китайской инициативой, такие как расплывчатое описание проекта ”Один пояс - один путь”, различные перспективы принятия решений сверху вниз в двух странах и низкая вовлеченность местных бизнесменов. Важно, что не только страны Центральной Азии предпочитают иметь дело с Китаем на двусторонней основе, но Китай отдает приоритет сотрудничеству со странами Центральной Азии на двусторонней основе, а не через ЕАЭС. Таким образом, несмотря на некоторые транснациональные проекты, требующие многосторонней координации, совместное заявление 2019 года больше похоже на политическое.

Соглашение о свободной торговле между ЕАЭС и Индией станет эффективным стратегическим шагом для сдерживания экономического влияния Китая в Центральной Азии. Однако, учитывая предыдущие уроки, извлеченные как при расширении ШОС, так и при реализации инициативы ”Один пояс - один путь” в Центральной Азии, вполне возможно, что центральноазиатские государства предпочтут обойти ЕАЭС для двустороннего сотрудничества с Индией. Россия наверняка об этом знает. Тем не менее приглашение Индии может послужить интересам Москвы, если Россия сочтет многостороннюю конкуренцию в Центральной Азии более привлекательной, чем доминирующую роль Китая в регионе.

9055 просмотров



Вестник Кавказа

в Telegram

Подписаться



Популярные

Не показывать мне больше это
Подпишитесь на наши страницы в социальных сетях, чтобы не пропустить самое интересное!