Две масштабные катастрофы в течение нескольких месяцев многими историками ретроспективно оцениваются как своего рода символы грядущего распада Союза. Пресловутый «человеческий фактор», ставший причиной обеих трагедий, это маркер эпохи позднего СССР – халатность, пренебрежение правилами безопасности, формальный подход, бюрократическое равнодушие проявились не только в катастрофе на Черном море, но и последующих событиях - крушении поезда «Аврора» (16 августа 1988 года) и железнодорожной катастрофе под Уфой (4 июня 1989 года).
Страна стремительно входила в системный кризис, который проявлялся не только в экономической и общественно-политической сферах, не только в рамках национального вопроса, но шире – в синдроме безразличия на всех уровнях – от простых исполнителей, до начальников в высоких кабинетах.
Трагические события в море, в небе, на железных дорогах, производстве в Советском Союзе происходили и раньше. Большинство из них практически не упоминалось в прессе, на это работали строгие цензурные правила. Но события 1986-1989 годов совпали по времени с началом перестройки и политики гласности. Информация стала более доступной, более острой.
И если в недостатках экономики и социальной сферы на первых порах можно было обвинять «административно-командную систему», издержки сталинизма и «брежневского застоя», то объяснить простому гражданину, почему два капитана в хорошую погоду, при возможности постоянного визуального наблюдения кораблей, идущих пересекающимися курсами, не смогли предотвратить столкновение – было гораздо сложнее.
Но для русского человека помимо извечного вопроса – «Что делать?», не менее важно знать ответ и на другой корневой вопрос – «Кто виноват?».
Великий знаток советского социума 1960-1970-х годов писатель Юрий Трифонов дал самое простое объяснение происходящему, еще за шесть лет до катастрофы «Адмирала Нахимова». В одном из его последних произведений «Время и место» есть провидческая фраза – «Поэтому никому ничего не надо».
31 августа не нужно было выполнять свои должностные обязанности капитану «Нахимова» Вадиму Маркову, который нарушив инструкцию, перед расхождением судов отправился отдыхать в свою каюту, передав управление второму помощнику Александру Чудновскому, который в сложной ситуации не сумел найти правильного курса расхождения.
Не нужно было соблюдать элементарные правила безопасности капитану сухогруза «Петр Васев» Виктору Ткаченко, который вел судно исключительно по системе автоматической радиолокационной прокладки. Став у компьютера, Ткаченко перестал визуально контролировать обстановку и далее не предпринимал никаких мер, чтобы уступить дорогу пассажирскому лайнеру, хотя опасное сближение можно было заметить невооруженным глазом.
По данным следствия, капитан судна Марков нарушил 25 пунктов Международных правил, а Ткаченко – 15.
Не стали строго соблюдать нормативы и в диспетчерской команде порта, которая знала, что по правилам расхождения судов пропускать должен был «Адмирал Нахимов» - Международные правила предупреждения столкновений судов в море требуют, чтобы суда расходились левыми бортами).
С поста регулирования движения судов уступить дорогу попросили именно сухогруз. В обычной ситуации это была объяснимая и, полагаю, стандартная для таких ситуаций просьба – сухогрузу пропустить пассажирский лайнер, а в обстоятельствах 31 августа этот фактор добавил напряжения в критический момент.
Цепочка халатностей, непродуманных решений, непредвиденных случайностей сложилась в масштабную катастрофу. Трагическая цена вопроса хорошо известна – 423 погибших. Из них 359 пассажиров и 64 члена команды. На борту погибли пассажиры из девяти советских республик.
Почти сразу на место крушения прибыл первый заместитель председателя Совета министров СССР Гейдар Алиев, который встретился с родственниками погибших. Надо отдать должное работе правительственной комиссии, которая, что было по тем временам необычно, стремилась к максимально возможной открытости.
Сообщение о катастрофе прозвучало и в эфире Центрального телевидения:
31 августа в 23 часа 14 минут по московскому времени произошло столкновение двух больших океанских судов…
Но реальные факты и кадры с места трагедии стали публиковаться только 5 сентября, после того как в газете «Правда» опубликовали обращение ЦК КПСС, Президиума Верховного совета и Совета министров СССР с соболезнованиями семьям, родственникам и близким погибших.
Страна получила гласность, но в дозированном виде. Может это и стало причиной того, что уроки катастрофы не были усвоены руководителями и исполнителями в степени, достаточной для того, чтобы подобное не повторилось. А может быть, и сами трагические события были показателем постепенного разрушения той системы, которую современные историки называют «позднесоветской».
Дзен
Новости
Telegram
