Вестник Кавказа

Российские и немецкие эксперты о ситуации в Сирии

В ходе видеомоста Москва-Берлин на тему: "Ситуация вокруг Сирии. Возможные сценарии развития событий" развернулась дискуссия между российскими и немецкими экспертами по вопросу недавнего рассмотрения Совбезом ООН резолюции по Сирии, на которую Россия и Китай наложили вето.

Профессор МГУ, доктор политических наук Игорь Панарин заявил, что Германия более всех других стран должна быть заинтересована, чтобы в Сирии не было войны. Визит Сергея Лаврова и Михаила Фрадкова в Дамаск был своевременным и успешным. Можно было видеть сотни тысяч жителей, которые приветствовали российскую делегацию. Россия предпринимает гигантские усилия, чтобы не допустить войны в Сирии, которая может привести к войне на всем Ближнем и Среднем востоке. Визит демонстрирует готовность России быть посредником, наладить диалог между различными политическими силами внутри Сирии. Россия приняла единственно верное решение, чтобы Дамаск не был превращен в Сталинград. В интернете можно посмотреть ролики, во что превратился родной город Муаммара Каддафи Сирт из-за бомбардировок НАТО. Визит российских дипломатов оказался одним из последних стоп-кранов на пути к войне.

Ведущий исследователь фонда "Наука и политика" Вольфганг Рихтер заметил, что хотя речь идет о том, чтобы предотвратить войну как в Сирии, так и в регионе, в самой Сирии уже идет война, и это нельзя замалчивать. Правительственные силы используют тяжелое вооружение, артиллерию, чтобы обстреливать некоторые районы города. Это применение силы необходимо остановить. Россия с полным правом говорит о том, что необходимо предотвратить военное вмешательство извне, но эта линия, которую сейчас никто не оспаривает. Целью международной демократии было не военное вмешательство. Если посмотреть на проект резолюции, за которую проголосовало 13 государств и только Россия и Китай наложили вето, в ней не отражаются эти опасения и сомнения. Цель резолюции не в применении силы. Многие представители делегаций констатировали, что это не произойдет в виду 7 главы Устава ООН. Речь идет об ужесточении санкций, чтобы прекратить насилие. Я думаю, что в этом плане резолюция очень взвешенная. Складывается впечатление, что Россия изолировала себя. Она не прислушалась к голосам стран-членов ЛАГ, нельзя забывать, что резолюция была предложена Марокко по поручению Лиги. Действия в Совбезе были абсолютно легитимны, в резолюции нет ни одного пункта, который бы требовал ухода в отставку президента Асада. Там заложено требование демократического процесса перехода, включающего все группы населения. Это очень взвешенный проект, и Россия могла бы согласиться с ним.

Игорь Панарин не согласился с мнением немецкого коллеги, назвав подобные аргументы результатом дезинформации мирового общественного мнения. Все материалы, которые рассказывают о якобы зверствах режима Асада, транслируются из США, где американские граждане представляются сирийцами и распространяют данные о потерях мирного населения, и из Лондона, где распространяют материалы якобы сирийские правозащитные организации. В Катаре, который активно участвует в информационной войне против Сирии и против Европы, были построены специальные павильоны Триполи, где показывали якобы штурм Триполи. Почему Россия против резолюции по Сирии? Потому что как только была принята резолюция по Ливии, сразу начались бомбардировки самолетами НАТО. Существует также пример Ирака. США угрожают России и Китаю, что когда к власти в Сирии придет другое правительство, "им будет плохо на Ближнем Востоке". С таким же упорством государственный секретарь США Колин Пауэлл доказывал на заседании ООН, что у Ирака есть химическое оружие. Когда говорится о защите прав гражданского населения, называется от 1 миллиона до 1,5 миллионов жертв среди мирного населения Ирака, 5 миллионов беженцев, 7 миллионов беспризорников на территории Ирака, работорговля. Это результат демократии и забота о правах человека в Ираке?! Дамаск был столицей Арабского Халифата. Потом ей стал Багдад. Багдад практически уничтожен в результате военной оккупации. Я не хочу, чтобы Дамаск оказался в таком же ужасном положении. Единственное спасение Европы - это союз России и Германии. Война в Сирии нацелена на разрушение российско-германского союза, а ключ к миру лежит не только в Москве, но и в Берлине.

Вольфганг Рихтер ответил на это, что в процессе дискуссии по Сирии наблюдается возвращение к "блоковому мышлению". Должны быть приложены усилия, чтобы воплотить те обещания, которые гарантируют европейскую коллективную безопасность. ОБСЕ, Германия и Россия принимают участие в различных мероприятиях в этом направлении. Страны не должны становиться жертвами такого мышления, чтобы оно не привело к событиям как в Париже в 1999 году. Что касается Сирии, ответственность за эскалацию конфликта несет сирийское правительство. Когда происходят демонстрации, в которых участвуют тысячи человек, которые протекают практически мирно, правительственные войска подавляют их. Речь идет о непропорциональном применении силы. Я не хочу показывать черное белым и наоборот. Конечно, есть отдельные группы, которые осуществляют насилие с той и c другой стороны. Но спираль эскалации не должна приводить к тому, что обстреливаются целые кварталы города.

Старший научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института Востоковедения РАН Борис Долгов, который с начала конфликта дважды посетил Сирию и побывал в Дамаске, Хаме и Хомсе, подчеркнул, что наблюдал там массовую поддержку руководства Башара Асада со стороны населения. «Мы видели митинги, которые собирали десятки тысяч людей (в основном это была молодежь), которые поддерживали Асада. Эта поддержка подтверждается и тем, что вообще сейчас происходит в Сирии. Напомню, что в двух главных городах Сирии, Дамаске и Алеппо, практически нет протестов. Есть только в окрестностях Дамаска, но это скорее между селениями алавитов и суннитов, и такие столкновения нельзя назвать «вооруженными конфликтами». А в этих городах живет практически половина населения Сирии – 10 млн человек. В этих городах живет бизнес-элита, наиболее культурно продвинутая часть сирийской интеллигенции. Это и подтверждает то, что большая часть населения поддерживает нынешнее руководство. По мнению экспертов нашего института, примерно 60% населения Сирии сейчас поддерживает руководство Асада».
Эксперт также особо отметил тот факт, что если в начале конфликта, в марте-апреле 2011 года, часть населения действительно требовала немедленных социально-экономических реформ, немедленной демократизации и ухода правящего режима, то сейчас ситуация в корне изменилась, и теперь там присутствует целенаправленная террористическая и диверсионная деятельность. Долгов привел примеры такой активности: взрывы на железной дороге, на нефтепроводах, на улицах Дамаска, в результате которых гибли десятки невинных людей, захват заложников из мирного населения со стороны Свободной Сирийской Армии, которая также занимается рэкетом на занятых ею территориях. Такое развитие ситуации привело к тому, что та часть интеллигенции, та часть мирного населения, которая выступала за немедленную демократизацию и смену режима, сейчас требует от режима стабилизировать ситуацию и обеспечить безопасность. То есть сперва безопасность, и затем только реформы. Мы говорили со многими представителями интеллигенции, христианской общины, оппозиционных политических партий, и абсолютно все наши собеседники утверждали, что сейчас в Сирии стоит только проблема безопасности, проблема подавления вооруженных группировок, которые терроризируют население.
Безусловно, в Сирии есть проблемы, и социально-экономические, и политические. Политическая система там небезупречна: президент избирается на референдуме, который предлагает правящая партия и который проходит без альтернативных кандидатов. Но я напомню, что сейчас в Сирии принят ряд новых законов: о всеобщих выборах, о многопартийности, о СМИ, о местном самоуправлении. Это и есть все те законы, которые требовала та оппозиция, которая действительно хочет демократического развития. В феврале-марте должен пройти референдум по новой конституции, текст которой сейчас готовится специальным комитетом. В работе этого комитета участвуют и представители оппозиции
Так почему же теперь не обратиться к вопросу о нахождении на территории Сирии вооруженных группировок, о котором недавно говорил Лавров? Оппозиция включает в себя совершенно разные силы, но наиболее структурированная ее часть – это исламисты. Это «Братья мусульмане» и более радикальные силы. Я согласен, что в результате свержения режима Асада начнется сначала хаос, а затем к власти придут радикальные исламистские силы. Тогда мы будем иметь ту же ситуацию, что сейчас мы наблюдаем в Ливии: борьба за власть, распространение оружия среди радикальных исламистов, тренировочные лагеря – в том числе и для Аль-Каиды… Такая же ситуация, на мой взгляд, будет в Сирии, если произойдет свержение режима Асада. 

Исследователь из Фонда «Наука и политика» Маргарете Кляйн
Очень важно представлять себе полную картину ситуации. Это конфликт не только между Асадом и оппозицией, есть и этнические конфликты. Но выводы, что только Асад может предотвратить гражданскую войну, не верны: гражданская война уже фактически идет. Я думаю, что чем больше будет вестись несоразмерное применение силы, прежде всего, со стороны правительства, тем менее вероятным становится сценарий примирения. После визита Лаврова Асад объявил о политических реформах. Это, конечно, очень важный шаг, но Асад и раньше объявлял об этих реформах, но не проводил их. Такая «политика провозглашения» уже не может смирить оппозицию.

Говоря о роли Турции в сирийском кризисе, Борис Долгов отметил ее чрезвычайную важность. «Турция имеет свои стратегические интересы в этом конфликте. Напомню, что на протяжении 400 лет Сирия входила в состав Османской Империи, а нынешнее руководство Турции позиционирует себя наследником этой империи. Есть и не очень значительные территориальные проблемы, например, вокруг территории бывшего Александреттского санджака, сейчас входящего в Сирию – этот вопрос еще не урегулирован, хоть это не главная проблема в отношениях между Турцией и Сирией. Нынешнее турецкое руководство вышло из ассоциации «Братьев мусульман», и вот эта вот «исламская направленность» присутствует в политики Турции. Турецкие «Братья мусульмане» имеют какие-то контакты с сирийскими «Братьями мусульманами»… 
С точки зрения глобальной политики Турция позиционирует себя как один из лидеров (или чуть ли не как единственный лидер) исламского, или, по крайней мере, суннитского мира. В регионе Турция соперничает в этом плане с Ираном. То есть Турция во многом смотрит на Сирию через призму того, что Сирия – союзник Ирана. Однако в последнее время были встречи между представителями Турции и Ирана на уровне замминистров иностранных дел, и Иран предложил свое посредничество в урегулировании противоречий между Турцией и Сирией. Такие переговоры, возможно, ведутся, поэтому сейчас эта ситуация может измениться.
Хочу напомнить, что Россию и Сирию связывают давние исторические связи, еще со времен Российской империи. Эти связи присутствуют и в экономической области, и в военно-политической, и в гуманитарной сферах. Есть много смешанных браков. Да, у России есть конкретные стратегические интересы в Сирии, это и военная база, и экономика… Но для великих держав их государственные интересы всегда играли исключительно важную роль, и нельзя говорить, что у какой-то державы есть просто «гуманитарные интересы» и за ними ничего не стоит. Государственные интересы в этом вопросе есть и у стран НАТО, и у арабских государств, и у стран-соседей Сирии, и, естественно, у России – это неизбежный закон глобальной политики.
23715 просмотров