Мировые запасы нефти сократились в апреле на рекордные со времен пандемии COVID-19 показатели. Снижение составило 200 млн баррелей, информирует газета Financial Times (FT).
Как отметили в аналитической компании S&P Global Energy, текущее сокращение стало невероятным по объему, так как обычно колебания мировых запасов от месяца к месяцу редко превышают 1 млн баррелей. Война на Ближнем Востоке лишила мировой рынок порядка 1 млрд баррелей "черного золота", при этом сокращение предложения многократно опережает падение спроса.
По данным S&P Global Energy, мировой рынок располагает порядка 4 млрд баррелей нефти к настоящему моменту, однако почти вся эта нефть уже пущена "в работу": за счет нее обеспечивается функционирование нефтепроводов и НПЗ.
Каковы риски исчерпания запасов?
Заместитель генерального директора Института национальной энергетики Александр Фролов в беседе с корреспондентом "Вестника Кавказа" обратил внимание на критическое значение статистики сокращения совокупных нефтяных запасов для состояния мирового рынка: затягивание блокады Ормузского пролива Ираном и США угрожает все более тяжелым дефицитом нефти в этом году.
"Сейчас сокращаются как коммерческие запасы нефти, так и стратегические нефтяные резервы, которые постепенно распродаются государствами для покрытия текущего дефицита, возникшего из-за блокады большей части нефтяного экспорта, до иранской войны шедшего через Ормузский пролив. США за это время успели продать 20 млн баррелей из своих стратегических резервов, а всего они готовы выпустить в продажу 178 млн баррелей. Эти продажи не только балансируют предложение, но и создают дополнительное давление на рынок, ведь стратегические резервы необходимо восстанавливать: когда Ормузский пролив откроется, этот фактор будет поддерживать спрос, даже если тот снизится из-за слишком высоких цен", - прежде всего сказал он.
"Коммерческие запасы нефти — то, что компании купили и чем они могут пользоваться в данный момент. Резкие сокращения коммерческих запасов говорят о нарастающем риске дефицита. Одно дело, когда вам сегодня не пришли танкеры с Ближнего Востока, но у вас есть возможность воспользоваться персональными запасами, находящимися в ваших нефтехранилищах либо купить нефть у трейдера, у которого есть такие запасы – и совсем другое дело, когда запасов становится все меньше, а танкеры с Ближнего Востока так и не приходят. Дефицит не наступил 28 февраля именно потому, что были большие коммерческие запасы. Запасы необходимы, чтобы обеспечивать непрерывность производственных процессов на нефтеперерабатывающих заводах. При их сокращении производственные проблемы начинают нарастать", - продолжил Александр Фролов.
"Важно, что в статистике идет речь об общем сокращении запасов – она ничего не говорит о неравномерности их уменьшения. У кого-то запасов остается больше – к примеру, у трейдеров, что ожидают чуть более высоких цен, чтобы реализовать свои запасы с большей выгодой. У кого-то запасов почти не осталось. Это значит, что нарастает неравновесный дефицит по миру, что будет сказываться на средних ценах, по которым нефть реализуется здесь и сейчас. Они будут расти, причем независимо от биржевых фьючерсов на июньскую-июльскую нефть, реагирующих на политические события и заявления, а по объективным причинам нехватки предложения в различных регионах", - подчеркнул экономист.
Россия, отметил эксперт, защищена от рисков сокращения мировых запасов нефти. "В России значительный профицит производства нефти, нефтепродуктов, газа и других энергоресурсов. Кроме того, у государства есть инструменты для снижения возможностей компаний по перекачке углеводородов на внешний рынки из-за растущих цен. Благодаря этому цены в России будут ниже, чем за ее пределами. В частности, государство прямо запрещает сейчас вывоз ключевых нефтепродуктов. Поэтому каких-то рисков для нашего внутреннего рынка здесь нет. В целом, текущая ситуация для России скорее благоприятная, потому что увеличивает доход от реализации нашей нефти", - заключил Александр Фролов.
Дзен
Новости
Telegram
