Вестник Кавказа

Вячеслав Кулагин: "Нефть закрепится на уровне в $55-65 за баррель"

ОПЕК и 11 стран вне картеля в прошедшие выходные договорились о скоординированном сокращении производства нефти суммарно на 1,752 млн баррелей в сутки, из которых отрицательная квота в 1,164 млн баррелей приходится на страны ОПЕК, а 588 тыс. баррелей – на других экспортеров нефти. Россия, согласно заключенному соглашению, обязалась реализовать одно из самых сильных сокращений нефтедобычи – на 300 тыс. баррелей в сутки. О том, какой эффект произведет это уменьшение предложения на нефтяном рынке, "Вестник Кавказа" побеседовал с главой Центра изучения мировых энергетических рынков ИНЭИ РАН Вячеславом Кулагиным.

- Вячеслав Александрович, в первую очередь, насколько чувствительным для российской нефтяной промышленности является сокращение нефтедобычи на 300 тысяч баррелей в сутки?

- Тут есть два момента. Во-первых, сокращение на 300 тыс. баррелей в сутки будет произведено от текущих отметок добычи, при этом, как заявлялось ранее нашим Министерством энергетики, в будущем году добыча в России должна была еще вырасти, а это значит, что действительное сокращение будет больше, чем на 300 тыс. баррелей в сутки. Для России это, безусловно, чувствительно, так как у нее нет таких возможностей по выводу скважин из эксплуатации, как у стран ОПЕК, для снижения производства нефти. Поэтому и было заявлено, что сокращение будет идти постепенно с января по май, чтобы в течение нескольких месяцев выйти на заявленные объемы нефтедобычи.

Однако, если говорить о российской добыче за весь следующий год, сравнивая с этим годом, то падения не ожидается, ведь мы сокращаем производство от тех объемов, на которые только что вышли. Напомню, что в течение года мы достаточно сильно наращивали нефтедобычу, так что на следующий год средняя отметка добычи должна быть примерно на уровне текущего года. В итоге, наше обязательства вполне выполнимые. Компаниям придется, скажем так, немножко постараться, возможно, распределение квот на сокращение будет несколько неравномерным из-за разных ситуаций: кто-то вводит в эксплуатацию новые проекты, у кого-то идет естественное сокращение. Я думаю, здесь задача Минэнерго – правильно все отрегулировать и договориться со всеми компаниями, чтобы процесс был организован эффективно. Конечно, еще есть вопрос, насколько эти договоренности будут соблюдаться, на это будут смотреть все участники соглашения. От соблюдения договоренности всеми участниками будет зависеть и ситуация на рынке, в частности, баланс спроса и предложения, и выполнение соглашения. Если кто-то начнет нарушать или даже это будет массовым явлением, то другие страны тоже решат, что за счет одних лишь себя сокращаться нефтедобычу не стоит.

- Насколько суммарное сокращение нефтедобычи в 1,8 млн баррелей в сутки позволит сбалансировать спрос и предложение на мировом рынке?

- Баланс точно будет достигнут, причем по нескольким причинам. Первая причина заключается в том, что сегодня превышение предложения над спросом меньше, чем раньше. По оценкам ОПЕК, профицит нефти составляет порядка 600 тыс баррелей в сутки. МЭА дает около 1 млн баррелей в сутки перепроизводства нефти, но это все равно ниже чем 1,7-1,8 млн баррелей в сутки, о которых договорились в Вене. Нужно учитывать, что, благодаря такой ситуации с низкими ценами, спрос на нефть в мире продолжает расти, причем достаточно уверенно, прежде всего, в развивающихся странах. Соответственно, со стороны спроса мы ожидаем дальнейший рост, а со стороны предложения – это скоординированное сокращение, что приведет к балансу спроса и предложения даже раньше, чем будут выполнены все обязательства стран.

При этом страны, не входящие в ОПЕК и не участвующие в договоренностях, не имеют большого потенциала для существенного наращивания добычи. В США потенциал есть, но там скорее нужно говорить о прекращении спада в производстве нефти, который мы наблюдали в последнее время. Напомню, что с апреля 2015 года в Штатах добыча упала более, чем на 1 млн баррелей в сутки. Растущие цены могут подкорректировать планы американских компаний и выровнять добычу. Другие страны смогут немного нарастить свое производство, но останутся примерно на том же уровне. Таким образом, мы должны прийти к балансу, но для этого главное, чтобы все выполняли свои обязательства.

- Каков предел роста цен на нефть на этом соглашении с ОПЕК?

- Мы уже видим, что во многом эти соглашения сыграли позитивную роль, хотя даже не начали работать. Выполнение соглашений стартует в январе, но цены уже выросли – рынок, что называется, подготовился к ситуации. Соответственно, скорее всего, мы будем находиться в ближайшее время в коридоре $55-65 за баррель, а дальше все будет зависеть от того, насколько будут выполняться договоренности. Существенного скачка к $100 за баррель ожидать не стоит. Спрос все же растет не так быстро, как он рос раньше. Также стоит понимать, что на росте цен включается целый ряд месторождений, в том числе нетрадиционных: это и сланцы в США, и нефтяные пески в Канаде, и глубоководные оффшоры по всему миру, включая Европу. Целый ряд затратных проектов будет реанимирован, разбавив и расширив существующее предложение, и это будет оказывать сдерживающее влияние на цены.

Но оснований говорить о том, что из-за этих проектов мы рухнем до $30-40 за баррель, нет. Мы выходим на тот уровень цены, который достаточно благоприятен для основных участников рынка в данный момент, и именно его они и будут придерживаться. Кстати, если бы цены нефти устремились к $100 за баррель, участники договоренностей просто решили бы, что задача выполнена, особого смысла сохранять взятые обязательства нет, и устремились превысить те квоты, которые сейчас установлены.

- Возможно ли продление соглашения по сокращению нефтедобычи через полгода? В каком случае оно может быть продлено?

- Это возможно, если не будут достигнуты все цели, которые ставят перед собой игроки. Если через полгода окажется, что по-прежнему существует дисбаланс, что цена по-прежнему неадекватно отражает производственную ситуацию, тогда участники смогут подумать над тем, как это исправить в дальнейшем, какие меры нужно предпринять. Если же рынок вернется в нормальное состояние и цены станут отражать реальную стоимость производства и баланс интересов, то интерес к таким соглашениям отпадет. Возможно, будут некоторые рамочные соглашения и консультации между странами, чтобы в ближайшее время после окончания действия соглашения не допустить разбалансировки рынка, чтобы не было резкого наращивания производства и так далее.

Опыт подобных соглашений предыдущих лет показывает, что далеко не всегда они выполнялись, поэтому и сейчас у многих специалистов есть большие сомнения, будут ли они реализованы, по крайней мере, так, как прописаны. Сами договоренности – это уже хорошо, ведь экспортеры всего за несколько дней заработали огромное количество денег, так как цены выросли, но насколько по факту будет достигнут оговоренный уровень добычи, неизвестно. Нужно понимать, что все участники соглашения не несут никакой финансовой ответственности за его выполнение. Все дали слово сократить добычу нефти, так что это своего рода джентльменское соглашение, и насколько джентльмены готовы его выполнять, мы скоро увидим.

11595 просмотров