Пламенному революционеру во Владикавказе напомнили о его грехах, забыв о заслугах

Пламенному революционеру во Владикавказе напомнили о его грехах, забыв о заслугах

В перестроечные годы Владикавказ не избежал борьбы с памятниками. Досталось здесь главным образом Серго Орджоникидзе, чье имя город носил в советский период. Его соратник по революционной борьбе Сергей Киров пострадал частично – с проспекта Коста исчез их совместный с Серго памятник, но одиночная скульптура Кирова на одноименной улице в центре города сохранилась, хотя за многие годы потеряла прежний вид.

На днях городские власти приступили к реставрации памятника, что привлекло интерес общественности не столько к талантливому творению известного скульптора Михаила Дзбоева, сколько к образу самого героя. В социальных сетях стали припоминать грехи Кирова по отношению к осетинскому народу, например, обвинили его в беспринципности на посту полномочного представителя РСФСР в Грузии. В 1920 году грузинские меньшевики остановили большевистское движения южных осетин, но полпред Киров якобы проигнорировал просьбы восставших о помощи. Однако Киров тогда был связан российско-грузинским договором о взаимном признании и невмешательстве, а Ленин категорически запретил своей телеграммой любые большевистские восстания в Грузии. Мог ли Киров пойти против указания вождя в почти военной обстановке?

Первые годы после революции были невероятно сложны - в бывшей империи устанавливался новый порядок, увы, перемалывающий не только людей, но и народы. Не все мы знаем об этом времени, да и давать оценки политикам в затянувшемся экстриме очень сложно. Примеров тому много - только судьба Бухарина чего стоит! То он для официальной пропаганды "любимец партии", то враг. В тонкостях будут разбираться историки, если их, конечно, допустят к закрытым до сих пор архивам.

Но значит ли это, что Киров не заслуживает памятника во Владикавказе? И только ли как пламенный революционер и партийный начальник он вошел в историю Осетии? Для многих в республике он остается фигурой неоднозначной – не случайно два года назад в одном из селений республики вандал разрисовал памятник Кирову, объяснив после задержания свой поступок тем, что "испытывал неприязнь к нему, и к его политическим решениям".

Жизнь Кирова на Кавказе была четко поделена на периоды до и после Октября 1917 года. Будущий член Политбюро ЦК ВКП(б) и первый секретарь Ленинградского обкома приехал на Кавказ в 1909 году. Революционер-подпольщик легализовался во Владикавказе как журналист буржуазно-либеральной газеты "Терек". В короткий срок стал заведующим редакцией. Жил и писал он в южном городе со вкусом. Поднимался на Казбек и Эльбрус, женился (правда, без регистрации) на красавице Марии Маркус, посещал местный театр, где подружился с великим уроженцем города Евгением Вахтанговым, много путешествовал по окрестностям. В газете "Терек" у Сергея Кострикова впервые появился псевдоним "Киров", который предложил ему коллега Александр Солодов. Вопреки общепринятому мнению, псевдоним был взят в честь христианского святого Кира из Александрии, а не персидского царя династии Ахеменидов. Понятно, что в годы закипания политического протеста он не мог обойти в своей журналистской работе политику, тем паче, что "Терек" имел оппозиционный характер. Есть сведения, что Кирова даже хотела арестовать за резкую статью в адрес 4-ой Государственной думы, но простили уже в последний момент.  

В дореволюционном Владикавказе Киров не оставил никаких следов подпольной деятельности. Краеведы утверждают, что этот период он всецело посвятил журналистике: писал театральные рецензии, экономические и политические статьи, занимался литературной критикой. И что особо важно для осетинского народа: именно Киров первым в своей статье дал оценку личности Коста Хетагурова, подчеркнув, что "Коста – гений, творец, альтруист, путеводная звезда униженных и оскорбленных". Киров привлекал к газете "Терек" национальные творческие кадры: Георгия Цаголова, Гиго Дзасохова и других.

Трудно сказать, как бы сложилась жизнь яркого журналиста и жизнелюба Сергея Кирова, не случись большевистского переворота. Еще в 1917 он году работал в кадетской газете, сочувствовал меньшевикам, поддержал Февральскую революцию. С головой в большевистские идеи он окунулся лишь после октября того года. То ли от безысходности, то ли искренне поверив – это ближе к истине, поскольку он был человеком, целиком отдававшимся тому делу, которое выбирал для себя.

Владикавказ знал Кирова как творческую личность, блестящего газетчика, критика, культуролога, но не как революционера и партийного деятеля. Так лучше его и оценивать современным владикавказцам, поскольку налетевшая потом на человека большевистская стихия, судя по всему, несколько изменила его суть.

11110 просмотров




Вестник Кавказа

во Вконтакте

Подписаться



Популярные

Не показывать мне больше это
Подпишитесь на наши страницы в социальных сетях, чтобы не пропустить самое интересное!