О предложении рассказал глава МИД Турции Хакан Фидан в интервью агентству Anadolu, опубликованном 8 августа. Детали документа он не раскрыл, но объяснил логику Анкары ростом опасности для торгового судоходства. "В сравнении с судами других стран, на которые совершаются атаки, турецких в пропорциональном отношении меньше, но их все равно много. Мы внимательно следим за ситуацией", — заявил министр. По его словам, именно поэтому Турция обратилась к России и Украине с идеей моратория на удары по невоенным судам. Фидан добавил, что Киев уже отреагировал и отнесся к этой идее с пониманием.
Турецкий МИД ранее выражал серьезную обеспокоенность эскалацией в черноморском бассейне и предупреждал, что отсутствие превентивных мер может обернуться тяжелыми последствиями, включая риски для продовольственной безопасности. Однако провести ясную границу между нейтральной торговлей, снабжением портовой инфраструктуры и военными грузами, которые Украина получает через Одессу, на практике будет крайне сложно. Во многом из-за этого Россия не продлила в 2023 году заключенную при посредничестве Турции и ООН зерновую сделку.
Основание для введения моратория у турецкой дипломатической активности вполне конкретны и понятны. 22 июля в районе Новороссийска беспилотник атаковал сухогруз MV Reyhan Sari, следовавший с углем из российского порта Тамань в турецкий Трабзон. Один член экипажа погиб, трое были ранены. По данным турецкого портала HaberDenizde, компания-владелец T ve O Denizcilik и 15 членов команды готовят обращение в Международный уголовный суд против Украины. В подготовленном для адвокатов обращении говорится, что торговые суда защищены международным правом и не должны становиться военными целями; утверждение о преднамеренной атаке остается позицией заявителей и требует правовой оценки суда.
В начале августа инциденты повторились. Турецкие СМИ сообщали, что 3 августа возле Новороссийска были повреждены гражданские суда Yasar и Nadezhda. Последнее, принадлежащее турецкой компании, шло из Самсуна под флагом Камеруна. После удара беспилотников на борту начался пожар, судно не смогло продолжить рейс, троих моряков госпитализировали. По другой информации, с Nadezhda эвакуировали экипаж из 22 человек. 7 августа в том же районе атаке подвергся балкер Gulluk: беспилотник врезался в жилую часть надстройки, но люди не пострадали. Судно развернулось и ушло в Стамбул. Сообщалось также о затоплении после атаки БПЛА теплохода "Янина" группы FESCO, после чего компания приостановила прием новых заявок на перевозки через Черное море до выработки решений с учетом рисков.
Эта серия атак показывает, почему для Анкары мораторий на удары - вопрос не просто миротворчества, а собственных национальных интересов. Торговые суда часто ходят под флагами третьих стран, имеют смешанные экипажи и сложные цепочки владения. Турецкий капитал, моряки, грузополучатели и порты могут быть вовлечены в рейс, который формально не считается турецким. Именно поэтому слова Фидана о том, что доля турецких судов среди атакованных ниже, чем у некоторых других стран, не уменьшают политической остроты проблемы: число таких случаев для Анкары уже выходят за рамка допустимого.
Анкара уже давно выражает обеспокоенность безопасностью на Черном море, но из-за отсутствия компромиссов между Западом/Украиной и Россией ее обращения ни к чему не приводят. Чтобы хоть как-то повлиять на ситуацию, Турция взялась за контроль проливов.
Bloomberg со ссылкой на источники сообщал, что турецкое управление береговой безопасности уведомляло отдельные суда, направлявшиеся в Новороссийск, о невыдаче разрешений на проход Дарданелл либо о продлении рассмотрения заявок. Власти причин не разъясняли. Затем данные мониторинга, на которые ссылалось агентство, показали возобновление пропуска судов в направлении Черного моря. Одновременно Министерство транспорта и инфраструктуры Турции, по сведениям Aydinlik, предупреждало торговые экипажи учитывать угрозы при плавании в регионе. Источники издания подчеркивали: прямое вмешательство за пределами турецкой юрисдикции могло бы означать втягивание страны в конфликт.
Появившиеся вслед за заявлением Фидана сообщения о якобы полном закрытии Босфора для российских судов были оперативно опровергнуты. Такая мера противоречила бы Конвенции Монтрё 1936 года, которая закрепляет свободу прохода торговых судов через Босфор и Дарданеллы как в мирное, так и в военное время. Возможности Турции в отношении военных кораблей шире, но также ограничены условиями конвенции. В то же время перегруженность проливов, процедуры безопасности и рассмотрение заявок дают Анкаре инструменты косвенно влиять на темп коммерческого трафика, не объявляя формального запрета.
Для Турции безопасность в Черном море - крайне чувствительная экономическая тема. По оценке Aydinlik, страна ежегодно получает морем около 15 млн т российской нефти — примерно половину своего годового нефтяного импорта. Нарушение судоходства затрагивает не только нефть, но и уголь, зерно, страхование рейсов, фрахт и работу черноморских портов. Поэтому предлагаемый мораторий можно рассматривать как попытку снизить риски без перехода к блокаде или к прямому военному участию.
Удастся ли Анкаре добиться тишины на море - пока неясно. Прекращение боевых действий во многом упирается в волю конфликтующих сторон. За последние годы перспективы дипломатии отдалились не только между Киевом и Москвой, но и США и России. При этом опыт зерновой сделки при участии Турции подсказывает, что сбрасывать со счетов ограничение эскалации не стоит. Исключать нельзя также и попыток Анкары применить рычаги давления в виде закрытия Босфора как для Украины, так и России. Но прежде чем перейти к последнему инструменту, Турции будет взвешивать все за и против, поскольку само по себе блокирование проливов для турецкой экономии обойдется дороже, а эффект с точки зрения работы над прекращением огня может оказаться нулевым.
Дзен
Новости
Telegram
