В отличие от США, реакция Евросоюза на протесты в Иране пока что крайне сдержанная. Если президент Дональд Трамп и его команда во главе с госсекретарем Марко Рубио сразу солидаризировались c митингующими и начала угрожать Тегерану военными действиями при пересечении иранскими силовиками "красных линий", то Брюссель в первые две недели протестов даже не знал, как реагировать.
8 января молчание Брюсселя прервала глава Европарламента Роберта Метсола. В видеообращении она похвалила "храбрый народ Ирана" и дала понять, что Европа стоит на его стороне. К антиправительственным заявлениям подключились и другие евродепутаты, как например Ханна Нойманн от немецких "зеленых".
Иранская дипмиссия в Брюсселе назвала заявления Европарламента вмешательством во внутренние дела. Тегеран обвинил европейских политиков в лицемерии и двойных стандартах, напомнив об их молчании во время гибели мирных жителей Газы в ходе войны Израиля и ХАМАС, а также в дни израильских атак на Иран летом прошлого года.
Метсола язвительно отреагировала постов в соцсети Х: "Как же здорово иметь возможность писать твиты из Европы и свободно пользоваться интернетом, чтобы публично выражать несогласие с лидерами, не опасаясь ареста, избиения или отключения телекоммуникаций в стране".
Критику Европарламента подхватил и другой наднациональнй орган - Еврокомиссия. Глава внешнеполитического ведомства ЕС Кая Каллас обвинила власти в Тегеране в демонстрации "истинного лица" из-за игнорирования ими требований протестующих.
"Кадры из Тегерана свидетельствуют о непропорциональной и жесткой реакции сил безопасности. Любое насилие в отношении мирных демонстрантов неприемлемо. Отключение интернета при жестоком подавлении протестов демонстрирует режим, боящийся собственного народа", - написала Каллас 9 января, требуя освободить заключенных.
Шеф Каллас, глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен и глава Евросовета Антониу Кошта вели себя более сдержанно. Оба были заняты визитами на Ближний Восток: они посетили Дамаск впервые после смены власти в Сирии, затем Ливан и Иорданию. Фон дер Ляйен сказала лишь, что Брюссель "внимательно следит за ситуацией в Иране, включая последние события в юго-западной части страны". Она призвала отказаться от "любого насилия в отношении мирных демонстрантов". Затем глава Еврокомиссии заявила: "Мы безоговорочно осуждаем жестокое подавление этих законных демонстраций", — заявила фон дер Ляйен.
С продолжением протестов тон Брюсселя ожесточился. 10 января Метсола призвала признать Корпус стражей Исламской революции (КСИР) террористической организацией и ввести новые санкции против иранских властей. "Тем, кто выходит на улицы, политическим заключенным, которые все еще находятся под стражей, нужны не только слова, Европа может действовать", — написала Метсола в соцсетях.
Каллас поддержала усиление санкций. "Я готова предложить дополнительные санкции в ответ на жестокие репрессии режима против протестующих", - заявила она в интервью европейским СМИ.
Европейский Союз уже вводил обширный пакет санкций против Ирана — в основном запрет на поездки и замораживание активов — из-за нарушений прав человека, ядерной программы и поддержки России. Под индивидуальными санкциями находятся свыше 230 иранцев, включая главу МВД Ахмада Вахиди и представителей КСИР. Запрещены любые контакты европейцев с более 40 организаций из Ирана.
Свои голоса потихоньку подают и страны Европы. 9 января президент Франции Эммануэль Макрон, канцлер Германии Фридрих Мерц и премьер-министр Великобритании Кир Стармер в совместном заявлении призвали власти Ирана "воздержаться от насилия".
В целом, несмотря на солидарность с митингующими, подход Европы к событиям в Иране остается более осторожным, чем американский. Тем не менее, позиция уже проявилась: пусть с оговорками, но Брюссель и европейские столицы солидарны с противниками правительства Исламской Республики. Судя по опыту протестов в других странах - Тунис, Египет, Ливия, Сирия - ЕС рано или поздно поддерживает борьбу против традиционных режимов. Хотя в Иране сложная политическая система, но в Европе ее считают авторитарным режимом и не отличают аятоллу Али Хаменеи от бывшего президента Египта Хосни Мубарака.
Если в Иране состоится в том или ином виде транзит власти, то Брюссель, Париж, Берлин и Лондон вряд ли будут возражать против ухода Али Хаменеи. Вопрос только в том, станет ли правящий режим в Иране более демократическим, если придет к власти тот же принц Реза Пехлеви? Судя по историческому опыту, новые власти наверняка будут светскими, но не факт, что демократическими.
Если же в результате борьбы за власть Иран пойдет по ливийскому и сирийскому сценарию гражданской войны, то такой риск не стоит перспектив распространения демократии. Из Сирии в Европу прибыли миллионы беженцев, и Ливия тоже стала постоянным источником мигрантов. Как известно, Иран - страна с населением в 90 млн человек. Хаотизация ИРИ может привести к не меньшим миграционным потокам в Европу, чем в 2015 году.
Наряду с факторами распространения демократии и стабильности/безопасности на поведение Евросоюза и Британии влияет и Дональд Трамп. Во время "Арабской весны" Европа шла в фарватере США. Хотя Европа старается милитаризироваться и вести самостоятельную внешнюю политику, но все еще зависит от США, особенно в вопросе украинского урегулирования и сдерживания России. Вряд ли ЕС будет перечить Трампу и защищать власти Ирана.
Дзен
Новости
Telegram
