Всю жизнь мне, действительно, естественно жилось лишь в атмосфере неудачи
Это фрагмент из личного письма Сергея Довлатова. В нем он с предельной откровенностью пишет о своем мироощущении, творческих сомнениях и бытовых трудностях. Помимо этого самоопределения, сама жизнь Довлатова полна эпизодов, которые подтверждают его слова.
Факты известные и не очень
- Смена фамилии: при рождении получил фамилию отца Мечик. После развода родителей взял фамилию матери Довлатян, но переделал ее в Довлатов.
- Отчисление из университета: был отчислен с филфака ЛГУ за прогулы и неуспеваемость. По его словам, четыре раза проваливал экзамен по немецкому.
- Служба в лагерной охране: служил три года в системе охраны исправительно-трудовых лагерей в Коми АССР, что позже легло в основу повести «Зона».
- Уничтоженный набор первой книги: набор его первой книги был уничтожен по распоряжению КГБ.
- Прижизненная слава на Западе: в СССР не печатался, но в эмиграции его книги выходили одна за другой, а рассказы печатались в престижном журнале The New Yorker. В России слава пришла только после смерти.
- Борьба с алкоголизмом: пристрастился к алкоголю еще в молодости и боролся с этой зависимостью более 30 лет.
Литературная травля в СССР
- Уничтоженный тираж: в Таллине в 1975 году был набран тираж его первой книги, но по указанию КГБ его уничтожили.
- Исключение из Союза журналистов: в 1976 году за публикации рассказов в западных эмигрантских журналах его исключили из Союза журналистов СССР.
- Арест: 18 июля 1978 года его арестовали на 15 суток по обвинению в хулиганстве, что стало последней каплей перед отъездом. Разрешение на выезд Довлатов получил при стечении нескольких трагических и абсурдных обстоятельств, которые словно сошли со страниц его прозы. Вот как это произошло:
- Отъезд жены: его жена Елена с дочерью уехала в США еще раньше. Довлатов колебался, но в итоге поехал ее провожать.
- Потеря работы: из-за этого он пропустил смену, коллеги оформили прогул, и его уволили за «тунеядство». Ему грозило уголовное преследование.
- Смена национальности: формально для выезда нужно было быть евреем. Довлатов, у которого отец был евреем, а в метрике стояла национальность матери (армянка), в августе 1978 года сменил документы и снова стал евреем.
- Арест и освобождение: 18 июля 1978 года его арестовали на 15 суток. Однако 27 июля, через 10 дней, его неожиданно выпустили и выдали разрешение на выезд, что называется «от греха подальше».
24 августа 1978 года Довлатов с матерью вылетел в Вену, а в конце февраля 1979 года добрался до Нью-Йорка. Приехав в Нью-Йорк, он сразу заявил жене: «А теперь я тебе расскажу, как я здесь всех ненавижу». Он критиковал как коммунистов, так и антикоммунистов. Но неожиданно для многих именно в США к Довлатову пришел успех.
Американский период
Американский период Сергея Довлатова, продлившийся с 1978 по 1990 год, стал временем его полного творческого расцвета и запоздалого, но оглушительного признания. Именно в эмиграции Довлатов окончательно сформировался как писатель.
- Плодовитость: За 12 лет в США и Европе вышло 12 его книг. Публикации в The New Yorker: Стал вторым русским писателем после Набокова, чьи рассказы печатались в легендарном журнале The New Yorker. Всего там вышло 10 его рассказов.
- Признание: Его хвалили Курт Воннегут и Джозеф Хеллер. Друг и коллега Александр Генис называл его «первым прозаиком русской Америки».
О чем же писал Сергей Довлатов?
Он писал о простых вещах: жизни, работе, бытовых неурядицах. Однако за этой внешней простотой скрывается глубокий взгляд на человека в абсурдном мире. Он не учил жизни, а исследовал ее, часто с грустной улыбкой. Это вообще была его главная тема: человек в абсурдной реальности. Его волновала судьба внутренне свободного человека в условиях несвободной, абсурдной действительности. Его герои-«маленькие люди», часто неудачники и маргиналы, существующие в мире, где логика событий отсутствует. Они не умеют приспосабливаться и лицемерить, из-за чего терпят жизненные поражения.
Довлатов исключил из своего мировоззрения идеологические штампы. Его задача не судить, а показать жизнь, поэтому в его мире «злодей и праведник уравнены в правах».
В мире Довлатова абсурд становится не исключением, а основой порядка. Принимая это, его герои сохраняют способность взглянуть на себя со стороны и не капитулировать. Показывая жизнь эмигрантов в США, Довлатов разрушает миф о «земле обетованной». Его герои ищут счастье, но часто не обретают его, объединяясь лишь в любви к русской литературе. Сам Довлатов называл свои рассказы «философской ахинеей». Этот парадоксальный жанр представляет собой сплав острого гротеска, лиризма, юмора и трагифарса. За внешней легкостью и анекдотичностью скрывается глубокий трагизм, создавая эффект «чтения со слезами на глазах». Он - мастер лаконичного языка, доведенного до «отточенной банальности». Общий смысл прозы Довлатова - попытка честно, без прикрас и морализаторства показать, как человек сохраняет себя, свою человечность и чувство юмора перед лицом абсурда, неустроенности и собственных слабостей.
В США Довлатов активно работал еще и журналистом: был одним из создателей и главным редактором русскоязычной эмигрантской газеты «Новый американец» (1980-1983),много работал на радио «Свобода». После ухода из «Нового американца» начал выпускать еженедельник «Новый свет». В Америке он вырастил дочь, у него родился сын. Писатель завел собаку и недвижимость. Вроде жизнь стала налаживаться. Но, видимо, Довлатову было комфортно только в атмосфере неудачи. Признание сочеталось с постоянной нуждой. Окружение не всегда понимало его ироничный взгляд на эмигрантскую жизнь. Осложняло жизнь и постоянная борьба с пристрастием к алкоголю. А потом грянул творческий кризис. Творческий кризис и депрессия Сергея Довлатова в последние годы были вызваны трагическим сочетанием нескольких глубоко личных и экзистенциальных причин. Вот ключевые факторы, которые привели его к этому состоянию:
- Исчерпание «русского» материала: Довлатов исчерпал советские темы, которые составляли основу его прозы. При этом он не мог или не хотел писать об американской жизни, так как не чувствовал ее своей.
- Мучительный застой: из-за этого он надолго перестал писать вообще, а немногочисленные попытки создать «эмигрантские» рассказы сам считал неудачными.
- Боль утраты и ностальгия: друг писателя Евгений Рейн отмечал, что оторванность от родных корней пагубно сказалась на его состоянии. Сам Довлатов признавался, что эмиграция - величайшее несчастье в его жизни, и он постоянно видел во сне Ленинград.
- Ощущение «запоздалой» славы: хотя к тому моменту он уже был знаменит и издаваем на Западе, его мучило чувство, что все это пришло слишком поздно.
- Депрессия и алкоголь: он пытался заглушить душевную боль, что привело к запоям, хотя сам он считал это скорее сознательным саморазрушением. В итоге все это вылилось в состояние, которое он сам определял как «мрак души».
Помимо прочего, он страдал от ощущения, что самое трудное это «преодоление жизни как таковой». Все это закончилось так как и должно было: 24 августа 1990 года Сергей Довлатов скончался от сердечной недостаточности в машине скорой помощи по пути в больницу в возрасте всего 48 лет. Ирония судьбы: он не получил своевременной помощи в «метрополии глобального капитализма».
Сергей Довлатов похоронен на еврейском кладбище «Маунт Хеброн» в районе Квинс.
Дзен
Новости
Telegram
