Палата представителей Ливии, базирующаяся на востоке страны, приняла морское соглашение с Турцией. Ратификация соглашения обострила напряженность в регионе, вызвав резкую критику со стороны стран ЕС, Египта и Израиля.
Что значит соглашение Турции и Ливии о разграничении морских зон?
Морское соглашение между Турцией и Ливией представляет собой меморандум о взаимопонимании, который устанавливает границы морских юрисдикционных зон двух стран в Восточном Средиземноморье. Документ был подписан в ноябре 2019 года в Стамбуле президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом и экс-премьером международно признанного Правительства национального согласия (ПНС) Ливии Фаизом Сараджем. Соглашение вступило в силу 8 декабря 2019 года и определяет континентальный шельф и исключительные экономические зоны двух стран, устанавливая основу для разведки и добычи природных ресурсов, включая нефть и газ.
Турция ратифицировала меморандум в декабре 2019 года, и после публикации в официальных газетах обеих стран он вступил в силу. Тогда же ПНС депонировало соглашение в ООН, Турция направила его на регистрацию несколькими месяцами позже. В 2020 году ООН зарегистрировала соглашение о делимитации морских юрисдикционных зон в Средиземном море в соответствии со статьей 102 Устава ООН.
Подписание этого документа произошло в критический для ПНС момент, когда силы Ливийской национальной армии (ЛНА) под командованием Халифы Хафтара предпринимали масштабное наступление на Триполи. В обмен на морские уступки Турция оказала правительству в Триполи военную поддержку, что позволило отразить наступление ЛНА и изменить ход гражданской войны. Это вмешательство и стало причиной разногласий между Анкарой и восточным ливийским лагерем, который в 2020 году отверг соглашение и разорвал политические связи с Турцией.
Почему Египет против морского соглашения Турции и Ливии?
МИД Египта заявил, что соглашение представляет собой "посягательство на суверенные права Египта в пределах его исключительной экономической зоны и континентального шельфа". При этом Каир настаивает на том, что ратификация восточным парламентом Ливии не имеет для Египта никаких юридических последствий, и характеризует меморандум как "недействительный и ничтожный".
За дипломатической риторикой скрывается трансформация отношений. Египет был одним из главных сторонников Хафтара и рассматривал восточную Ливию как свою геополитическую вотчину. Но к настоящему моменту Каир и Анкара достигли беспрецедентного уровня координации по ливийскому досье, и, по имеющимся данным, Турция не предпринимает шагов в Ливии без предварительного согласования с Египтом. Более того, Египет, по-видимому, молчаливо принял новую морскую линию, проведенную между Бенгази и Турцией, что указывает на наличие негласных договоренностей. Осуждение меморандума, таким образом, может быть дипломатическим жестом, призванным сохранить лицо, в то время как фактические интересы Каира могут лежать в плоскости сдерживания поддержки ЛНА суданских Сил быстрой поддержки и заполнения вакуума безопасности в регионе.
Почему Греция и Кипр против соглашения Турции и Ливии?
Для Греции и Кипра ратификация соглашения стала подтверждением худших опасений. Ранее Афины заявляли, что меморандум 2019 года "незаконный и недействительный", и после голосования в Тобруке подтвердили эту позицию, отметив, что решение восточного парламента ничего не меняет. Ключевой аргумент Греции заключается в том, что у Турции и Ливии нет противоположных или смежных береговых линий, которые могли бы служить правовой основой для делимитации морских зон.
Кроме того, Афины указывают на то, что соглашение игнорирует морские права греческих островов, в первую очередь Крита, Родоса и Карпатоса, которые, согласно Конвенции ООН по морскому праву, имеют права на собственные морские зоны. Греция проинформировала Совбез ООН о рисках, которые несет это соглашение для безопасности и стабильности в Восточном Средиземноморье. Кипр, в свою очередь, также осудил ратификацию, призвав ливийский парламент отозвать свое одобрение.
Почему ЕС против соглашения Турции и Ливии?
Позиция ЕС солидарна с позицией Греции и Кипра. В совместном заявлении председателя Еврокомиссии Урсулы фон дер Ляйен и председателя Евросовета Антониу Кошты было подчеркнуто, что соглашение "посягает на суверенные права третьих государств, не соответствует морскому праву и является недействительным". ЕС подтвердил свою приверженность поддержке двух своих государств-членов и призвал все страны уважать суверенные права в соответствии с международным правом, включая ЮНКЛОС.
Важно отметить, что Турция не является участником ЮНКЛОС, что означает, что Анкара не связана правилами договора, регулирующими морские границы, и использует собственную интерпретацию международного права, основанную на принципах справедливости и учета географических особенностей. Этот правовой разрыв делает юридическую аргументацию ЕС и его членов уязвимой для турецких контраргументов.
Почему Израиль против соглашения Турции и Ливии?
Израиль, поддерживающий тесные союзнические отношения с Грецией и Кипром, также выступил с резким осуждением ратификации. МИД Израиля заявил о решительном осуждении решения Палаты представителей Ливии, обвинив Турцию в стремлении дестабилизировать Восточное Средиземноморье. Израиль рассматривает это соглашение как посягательство на суверенные права своих региональных союзников и как часть более широкой турецкой политики, направленной на подрыв стабильности в регионе. Этот шаг знаменует дальнейшее углубление региональной поляризации, где Израиль, Греция и Кипр все чаще выступают единым блоком против турецких инициатив.
Что говорит Турция в защиту соглашения с Ливией?
Анкара отвергает всю критику, настаивая на том, что соглашение является полностью законным и уже действующим. В МИД Турции заявили, что меморандум защищает взаимные права и интересы обеих стран на основе международного права и принципа справедливости. Глава МИД Турции Хакан Фидан назвал сделку полностью законной как с юридической, так и с нормативной точки зрения, добавив, что это не обсуждается. Турция рассматривает ратификацию восточным парламентом как простую формальность, поскольку для Анкары соглашение уже действовало с 2019 года, и приветствует ее как шаг к укреплению двусторонних связей и защите ливийских интересов в Средиземноморье.
Почему Восточная Ливия передумала?
Изменение разрешения стало результатом изменений как во внутренней политике Ливии, так и в отношениях Турции с восточным руководством. В июле Анкара и командование ЛНА достигли ряда соглашений, касающихся развития военных объектов, передовых систем наблюдения и программ обучения для восточноливийских офицеров с участием турецких оборонных компаний. Это свидетельствует о переходе от конфронтации к практическому военному сотрудничеству.
Кроме того, 6 октября в восточном парламенте произошла смена руководства: Ас-Салхин Абдельнаби аль-Обейди сменил на посту спикера Акилу Салеха, который более 12 лет сопротивлялся ратификации и имел скорее про-египетские взгляды. Новый спикер ранее возглавлял ливийско-турецкий парламентский комитет дружбы, и одобрение соглашения стало одним из его первых крупных решений. Голосование также проходит на фоне поддерживаемых США усилий по объединению Ливии, в которых ключевую роль играет советник президента Массад Булос. В этом контексте Турция рассматривается как наиболее влиятельная внешняя сила, способная обеспечить поддержку амбиций Хафтара, что делает ратификацию соглашения стратегическим шагом в преддверии возможных политических изменений.
Объединение Ливии близко?
Ратификация соглашения обоими центрами власти (Триполи и Бенгази) - это значительное событие, однако оно не означает преодоления фундаментального раскола в стране. Правительство национального единства в Триполи приветствовало голосование, и теперь обе соперничающие стороны поддерживают морскую сделку. Тем не менее, ключевые вопросы, разделяющие Ливию, такие как контроль над национальным бюджетом, вооруженными силами и избирательными институтами - остаются нерешенными.
В день ратификации соглашения Палатой представителей в Триполи также состоялась встреча главы Национальной разведывательной организации Турции Ибрагима Калына с премьером Правительства национального единства Абдельхамидом Дбейбой. Стороны обсудили конкретные шаги по объединению соперничающих администраций и вооруженных сил восточной и западной Ливии, сосредоточившись на поддержании мира, продвижении политического и военного примирения и приведении разделенных институтов страны под единую власть при сохранении территориальной целостности.
Турция подтвердила свою готовность поддерживать усилия по преодолению разногласий между регионами, а в Триполи выразили полную готовность продолжать работу с Анкарой для сохранения целостности страны. Калын поблагодарил не только Дбейбу, но и новоизбранного спикера Палаты представителей Салеха Абдуннаби, а также замкомандующего ЛНА Саддама Хафтара за их роль в обеспечении парламентского одобрения морского соглашения. То есть Турция выстраивает коммуникацию со всеми ключевыми центрами силы в Ливии, позиционируя себя как посредника, способного обеспечить взаимодействие между Триполи и Бенгази.
Что соглашение Турции и Ливии значит для нефти и газа?
Восточное Средиземноморье представляет собой регион, где конкурирующие морские претензии влияют на доступ к потенциальным запасам углеводородов. Соглашение создает правовую основу для разведки и добычи, хотя на данный момент ни одна из стран не объявила о доказанных запасах в затронутых сделкой районах. При этом по оценкам Геологической службы США, регион Восточного Средиземноморья содержит в среднем 286,2 трлн кубических футов неоткрытых, технически извлекаемых запасов природного газа.
Но Турция уже предпринимает конкретные шаги. В феврале госкомпания Turkish Petroleum получила права на разведку на шельфовом блоке у побережья Бенгази площадью более 10 тысяч кв. км в рамках консорциума с испанской Repsol и венгерской MOL Group. Это последовало за меморандумом, подписанным в июне 2025 года, о проведении геологических и геофизических исследований в четырех шельфовых блоках, включая сейсморазведку на площади 10 тысяч км. Для Ливии это возможность привлечь инвестиции и диверсифицировать доходы, а для Турции - укрепить свои позиции в энергетическом секторе региона и снизить зависимость от импорта энергоносителей. Однако наличие соглашения не гарантирует коммерчески жизнеспособных открытий или немедленной добычи, для этого потребуются годы обширных геологических изысканий, финансовых оценок и переговоров.
Соглашение Турции и Ливии: что дальше?
Реализация соглашения может столкнуться с препятствиями. Существуют опасения, что разведка в спорных водах может спровоцировать новый виток напряженности. В августе 2020 года Турция направила исследовательское судно в воды, на которые претендует Греция, что поставило две страны НАТО на грань военной конфронтации. Сохраняется риск подобных инцидентов, а также возможность вовлечения военно-морской миссии ЕС, обеспечивающей оружейное эмбарго ООН в отношении Ливии.
Помимо этого, политическая нестабильность в Ливии и нерешенность морских споров с Грецией и Египтом могут отпугнуть международных инвесторов, которые будут опасаться юридических претензий и отсутствия прозрачного управления энергетическими ресурсами. Таким образом, ратификация является прежде всего дипломатической победой Анкары, но путь к реализации соглашения и коммерческой добыче углеводородов пока что сопряжен с рисками.
Дзен
Новости
Telegram
