Вестник Кавказа

Сергей Параджанов: жизнь, творчество, свобода

Сергей Параджанов: жизнь, творчество, свобода
© Фото: Соцсети
Современники считали его нездоровым человеком, поскольку в СССР картины, лишенные четкой сюжетной линии, воспринимались как бред сумасшедшего. Он не был классическим режиссером, считая, что художественное воспроизведение бытовых сюжетов из жизни людей обречено со временем потерять всякий смысл. Для одних он остался непонятым, другие признали в нем гения.

Некоторые из его работ стали обязательны для изучения в кинематографических вузах.

Истоки творчества

Многие творческие люди, которые родились в Тбилиси, не были жестко привязаны к какой-либо одной национальной традиции. Рождение и взросление в одном из самых интернациональных городов определило творческие взгляды Параджанова на всю жизнь.

Он умел находить лучшее во всем, с чем когда-либо сталкивался. Подрабатывая торговцем антиквариата, он стал разбираться в редких вещах, работая на фабрике по изготовлению детских игрушек, он проникся особым чувством символизма. Позже игрушки стали неотъемлемым атрибутом многих его картин. Через предметы и вещи, звуки, которые так полюбились ему в годы обучению вокалу в Тбилисской консерватории, сформировался художник Параджанов, для которого первостепенной стала передача архетипов мышления, а не изображение примитивных колоритных национальных персонажей.

Коллажи Сергея Параджанова

Он увлекся кинематографом после войны, когда в 1946 году поступил на режиссерский факультет ВГИКа, окончив который был распределен в Киев. Известным он стал в 1960-е после экранизации фильмов "Тени забытых предков" (1964), "Страсти по Саят-Нове" (1967), "Цвет граната" (1968).

Легенды и мифы – творческое поле Параджанова, пространство для эксперимента. Художественный коллаж мастера состоял из предметной символики, благодаря которой он передавал информацию. К примеру, игрушка символизировала детство героя, его прошлое; обычное зеркало – поиск самого себя, самоанализ; книги, чьи страницы перелистывал ветер, говорили о многих днях и годах, проведенные за чтением.

В этом кроется уникальность режиссера Параджанова, способного заставить зрителя думать над увиденным. Художественная палитра Параджанова лишена резких стилевых перепадов, поэтому его фильмы 1960-х перекликаются с картинами 1980-х ("Легенда о Сурамской крепости", Ашик-Кериб"), которые он снял после того, как вышел из тюрьмы. 

Фильмы Сергея Параджанова

Бесчисленные интерьеры, которые изобразил Параджанов, существуют в свободном парении, они не укладываются в строгий событийный ряд, свойственный классическому художественному изображению. Развитие сюжета практически каждой картины идет по спирали. За это советская цензура на первых порах нещадно запрещала работы Параджанова, улавливая в них черты космополитизма. Цензоры не могли понять, где в фильмах режиссера была хоть какая-нибудь конкретика, поскольку смысл и абсурд, природа и космос, миф и полнейший вымысел сливались между собой так, что их границы не были очевидны. Режиссер возражал, настаивая на том, что образы существуют в различных ипостасях, как в предметных, так и зримых, поэтому экспериментируя с картинкой, Параджанов достигал наивысшей передачи информации, чтобы ее могли считать как можно больше людей.

Этнографический характер фильмов Сергея Параджанова проявлялся в его умении передать цветовую палитру тех областей, в которых происходило действие его фильмов. Внимательный зритель, знакомый с книжной миниатюрой и цветовыми ландшафтами сумеет разглядеть краски Армении ("Цвет граната"), Украины ("Тени забытых предков"), Грузии ("Легенда о Сурамской крепости"), Азербайджана ("Ашик-Кериб").

Свободный художник

Параджанов был человеком своенравным и порой удивлял экстравагантными выходками. Он мог демонстративно вытряхивать ковер во время Первомайской демонстрации, мог пригласить к себе домой целую толпу случайных людей, а за отсутствием свободных мест, разместить их на лестничной площадке. Отбывая пятилетний срок заключения, он часто подшучивал над охраной лагеря, выдумывая небылицы об известных людях, выдавая их за своих родственников. А если режиссеру было суждено оказаться на каком-нибудь блошином рынке, то его едва ли можно было остановить от покупки всевозможных элементов старины.

Музей Сергея Параджанова в Ереване

Он умер скромно, на фоне разраставшегося политического кризиса и очень хотел, чтобы народы Южного Кавказа жили в мире и согласии. В Армении в память о нем открыт дом-музей, в котором его владелец, увы, не пробыл ни одного дня. Недостроенное двухэтажное здание по дороге в ущелье Раздан в Ереване режиссер получил в начале 1980-х, однако к тому времени, но когда мастер готов был его достроить, грянуло Спитакское землетрясение. Открыли музей уже в 1991 году, в годовщину смерти.

18095 просмотров

ТАКЖЕ ПО ТЕМЕ