Северокавказский опыт для Ближнего Востока

Петр Стегний
Петр Стегний

Встреча представителей Москвы и Вашингтона по подготовке к конференции "Женева-2", планировавшаяся сегодня в Гааге, откладывается. В Госдепе США пока не решили, как им реагировать на атаку с применением химического оружия в Сирии, хотя не сомневаются, что химоружие было применено правительственными войсками. Во избежание его использования в дальнейшем США предполагают нанести воздушные удары по территории Сирии, но окончательного решения пока не приняли. На вопросы «Вестника Кавказа» о возможном развитии ситуации ответил эксперт Российского совета по международным делам, дипломат Петр Стегний.

- Если крайний сценарий осуществится, как это скажется на обстановке в регионе и России?

- Самым негативным образом. Все варианты даже трудно просчитать. В настоящий момент ситуация у нас 50/50. Шансы на разумный, рациональный выход из настоящего кризиса еще «на столе». Они связанны с подготовкой Женевы-2, и наша дипломатия активно работает на этом направлении. Жаль, что вчера была отменена встреча в Гааге, но впереди у нас сентябрь, и шансы на это не потеряны. Как скажется военный сценарий, это зависит, во-первых, от того, какой конкретный вариант будет выбран – или удар крылатыми ракетами, или ракетно-бомбовый удар, или наземная операция. Мы, к сожалению, по тяжелому опыту региональному знаем, что малой кровью, когда берутся за оружие, обойтись нельзя. В Ливии тоже хотели ввести только бесполетную зону, и считали, что на этом вопрос будет закрыт. Но пришлось очень активно помогать и на земле. Если развернуться такие действия в Сирии, то это будет минное поле, по которому пройти без взрыва будет очень сложно. С одной стороны Израиль, с другой стороны вся иранская проблематика.
Экстремисты с Кавказа, из бывших полевых командиров, как известно, участвуют в боевых действиях в Сирии, хотя это далеко не основная группа, но я думаю, что обстановка на Северном Кавказе кардинальным образом поменялась в последние годы. И мы здесь не только выстоим, но и найдем какие-то возможности оздоравливающего воздействия российского опыта урегулирования проблемы в Чечне. То, что происходит сейчас, поиск модели в Дагестане, он будет интересен и для региона Ближнего Востока.

- В свое время региональным лидером считался Египет, но в связи с событиями, которые происходят в этой стране, какому бы государству вы отдали эту роль?

- Сейчас на первый план региональной политики выходит, конечно, Саудовская Аравия и страны Персидского залива. Я думаю, что вторая глава «арабской весны» будет связана с высоким профилем именно этих государств.

***

Как считает Петр Стегний, «американцы сами попадают в собственные, в том числе идеологические, ловушки. Они как-то незаметно превратили демократию в идеологию, в ригидную систему, из которой для третьего мира и для арабов, оказалась приемлема демократия как system of governemnt, как система управления, но не как система ценностей, тем более неолиберальных ценностей. Это те разделительные черты, которые сейчас влияют на политическую эволюцию ситуации в регионе».

Что касается мотивов администрации Обамы, то эксперту кажется, что «лично Обама очень не хочет применять силу. Возникает ощущение несколько искусственного нагнетания страстей, демонстрации мускулов, бряцанья оружием. Ощущение дежа вю. То же самое было перед началом операции в Ираке в 2003 году, по Ливии мы помним примерно такую же ситуацию. Что произошло на самом деле? Произошло нечто очень близкое к фарсу. Есть информация о пострадавших: от 300 до 1300 человек, симптомы похожие на химическое оружие. Но отвечая на классический вопрос римского права cui prodest, кому это выгодно, в последнюю очередь можно указать на режим Башара Асада. Американцы давно прочертили красную линию. То же самое неоднократно доводил до сведения и региональной общественности, и сирийцев Израиль. Использование химического оружия, или даже возможность его утечки и попадания в руки радикалов является той красной чертой, за которой американцы, их союзники, оставляют за собой возможность использования силового сценария».

Петр Стегний напомнил, что представитель независимой комиссии ООН Карла дель Понте, «которую трудно заподозрить в необъективности или в том, что она тиражирует точки зрения, в которые сама не верит, четко сказала относительно майской ситуации, что химоружие могло быть применено только боевиками».

7290 просмотров







Не показывать мне больше это
Подпишитесь на наши страницы в социальных сетях, чтобы не пропустить самое интересное!