Мир промок

В последнее время на территории Европы увеличилась продолжительность дождей - они льются по четверо суток и уже стали причиной сильнейших наводнений. Пострадало не только черноморское побережье, пострадали альпийские территории Швейцарии, Германии и Австрии. В Швеции — самое дождливое лето за последние двести лет, дождь идет каждый день. В Польше градом побило окна домов, машины, не выдержали даже крыши. А в Венгрии всего за несколько часов температура упала на 20 градусов.

«Ясно, что, чем дольше длится дождь, чем больше вероятность наводнения, даже при той же сумме осадков, - говорит Сергей Добролюбов, заместитель декана географического факультета МГУ, член-корреспондент РАН. - Интересный факт: мы все помним две самые аномальные, сильные жары, которые были у нас, в Центральной России, да и на территории Украины, - 1972 год и 2010. Оказывается, при этом условия в Атлантике были абсолютно разные. В 1972 году была холодная аномалия практически по всей Северной Атлантике, кроме небольшого кусочка в центре океана в районе Североатлантического течения. А два года назад, когда у нас была аномально сильная жара, наоборот, аномалия была везде положительная в Атлантике, и только маленький холодный участочек в центре. А результат абсолютно один и тот же у нас, в Центральной России. Ну и вот, наконец, Япония – то, что произошло в 2011 году. Японцы после 1974 года, после того, как была арабо-израильская война и резко подорожала нефть, начали строить атомные электростанции. Где самая дешевая вода? Возле моря. Они построили эти электростанции возле моря атомные и поставили десятиметровую дамбу. А волна пришла 11,5 м, и ничего не спасло. Если бы они заложились на большую высоту, наверное, этого бы не происходило. Или не надо было вообще у моря что-либо строить, зная, что заранее никогда риск не предскажешь...
До сих по у нас в районе Черноморского побережья Кавказа, в районе Новороссийска и Геленджика больше 200-250 мм осадков не выпадало в течение дня. С 4 по 7 июля у нас выпадало до 300 мм осадков в день. Такое бывает раз в 100 лет. Фактически это никогда не наблюдалось. Но все, что было здесь затоплено и снесено, сносится и затапливается один раз в 10, 20, 30 лет. Люди об этом, вообще говоря, должны знать. И если они идут на риск строить здесь кемпинги, пляжи, домики двух-трехэтажные, значит, они примерно понимают, что раз в 20-30 лет они этого всего лишатся. Земля на юге очень дорогая, и поэтому лишнего пространства нет. Но мы должны быть готовы к тому, чтобы хотя бы спасать человеческие жизни в этих условиях, если не можем полностью спасти имущество».

Между тем, как считает Евгений Яковлев, главный научный сотрудник Института телекоммуникаций и глобального информационного пространства Национальной академии наук Украины, «сегодня повысилась не только неравномерность осадков, но и площадь захвата паводковыми и ливневыми стоками малых русел, которые накрывают аномальные осадки. Своего рода это новое энергетическое воздействие границы активного перемешивания воздушных масс «континент – море». Мы сегодня должны также учесть, что идет повышение уровня моря – по разным оценкам, от 0,3 до 0,5 м в прошлом столетии. Это увеличение длины волны. Это увеличение набега и «съедание» пляжей. При этом у нас еще происходит увеличение воздействия энергии волн на береговые пляжные зоны – недавнее разрушение набережных в Ялте, в Алуште. В принципе, наверное, уже по-новому нужно смотреть также и на безопасность берегов, если у нас уже начались из-за повышения уровня моря оползнеобразования не на уступах 15-30 м, как в Одессе, в районе Ялты, Крымских гор, а уже ползут берега 3-4 м высотой. Нельзя забывать, что, так же, как и в России, до 70% территории Украины – это лессовые грунты, которые чувствительны к дополнительной воде, дополнительному теплу. Это как сахар-рафинад. Он жесткий, пока сухой. Нужно новое законодательство о застройке, и жесткое. Нужна система мониторинга с постоянно действующими моделями. Нужно районирование территорий не только на внутреннем уровне, но и на международном. Я бы хотел обратить внимание на сегодняшний опыт строительства Таманской дамбы в России. В результате – да, они защитили свою территорию, но при этом ускорили вот тот эффект кориолисова воздействия, набегания земли на море с западного берега, Керченский пролив. Думаю, это скоро активизирует оползневую деятельность на Керченском побережье. Сегодня решается вопрос строительства или Керченского моста, или Керченского тоннеля, который соединит оба берега. Это вопрос тоже трансграничный, политический, но с учетом изменения климата, мне кажется, это фактор дополнительной нагрузки на регион и дополнительных рисков».

По словам начальника Управления гидрологии Государственной гидрометеорологической службы Молдавии Людмилы Сиренко, «дожди принесли Молдавии ущерб, но не такой огромный, как в России. Существующая система мониторинга позволяет нам предсказать то, что мы ждем, особенно на наших больших водосборах – это Днестр и Прут. Это две огромные артерии, которые находятся в Молдове, трансграничные реки. Это реки, которыми мы завязаны и с украинской стороной, и с румынской стороной. Да, мы имеем запас времени, учитывая время добегания, когда к нам придет эта волна. У нас существует три кода опасности, и два из них были задействованы в данной ситуации – и оранжевый код, и желтый код, предупреждающие о том, что нас ожидает в плане ветра и дождей. Если мы, Гидрометслужба, имеем хорошую налаженную связь с чрезвычайной ситуацией, а мы ее имеем, мы можем предупреждать хотя бы с такой заблаговременностью, с которой можно хоть что-то предпринять».