Пороховая бочка Восточного Средиземноморья

Пороховая бочка Восточного Средиземноморья

В водах Восточного Средиземноморья нарастает напряженность. Турция продолжает разведку газа, причем ее исследовательское судно надежно защищается кораблями ВМС. В  конфликте с греческими судами третья страна НАТО, Франция, поддержала греков; группа боевых самолетов F-16 из ОАЭ отправляется на авиабазу на Крите для проведения совместных учений с греческими ВС. BBC в материале The Eastern Mediterranean tinderbox: Why Greek-Turkish rivalries have expanded задается вопросами, связана ли напряженность только с газовыми ресурсами; почему в конфликт вмешиваются, казалось бы, далекие страны; каков риск превращения Восточного Средиземноморья в очередную геополитическую пороховую бочку?

Ситуация грозит обострить существующие линии разломов

Хотя непосредственной причиной стала разведка газа, корни проблемы лежат гораздо глубже: давний конфликт между Грецией и Турцией возрождается в новом контексте. Возникает региональное или геостратегическое соперничество. Поле битвы в этой борьбе простирается от Ливии через воды Восточного Средиземноморья до Сирии и за ее пределы. У напряженности есть еще одно изменение: падение влияния США или, другими словами, снижение стратегического интереса администрации президента Дональда Трампа к происходящему, после того, как он отстранил Турцию от программы боевых самолетов F-35 после покупки Анкарой передовых российских ракет класса ”земля-воздух”. В отсутствие четких действий со стороны Вашингтона Германия решила выступить посредником между Грецией и Турцией, а Франция заняла сторону греков.

Сферы напряжения

Энергия

С одной стороны, все дело в газе. Одни страны региона обнаружили значительные газовые месторождения, другие активно их изучают. Такая динамика может иметь неоднозначные последствия. Обостряется национальное соперничество с продолжающейся борьбой за определение морских границ, кому принадлежит какой участок подводной территории и так далее. Сделки по признанию соответствующих прав вызвали всплеск напряженности. В прошлом году Турция подписала морское соглашение с Ливийским правительством национального согласия (ПНС) и приступила к возобновлению разведки газа в районах, которые Греция считает своей экономической зоной. В августе Греция и Египет подписали соглашение о морской границе, что вызвало недовольство Турции, возобновление геологоразведочных работ и развертывание военно-морских сил.

Хотя разведка энергоресурсов почти неизбежно обостряет напряженность и в долгосрочной перспективе вполне может подпитывать региональную гонку воздушных и военно-морских вооружений, для реализации экономических выгод от найденного газа потребуются согласованные действия. Необходимо создать трубопроводы и другую инфраструктуру, которая будет пересекать подводную ”территорию” нескольких стран, например, для выхода на важнейшие европейские рынки. Для потенциальных производителей энергии в Средиземноморском бассейне создается новая международная инфраструктура, которая может помочь снизить напряженность, а может быть, даже проложит путь к решению давней кипрской проблемы.

Кипр

Территория оспаривается Грецией и Турцией с момента с 1974 года, но вражда между греками и турками началась еще до основания современного турецкого государства. Несмотря на многочисленные дипломатические усилия (были надежды на то, что по мере приближения Турции к членству в Европейском союзе, кипрский вопрос будет легче решить) проблема оказалась куда более сложной. Теперь перспективы вступления Турции в ЕС туманны, и напряженность из-за энергоресурсов стала очередным элементом старого спора.

Внешняя политика

Еще один важный элемент головоломки - более активная внешняя политика, проводимая Турцией. Географические горизонты президента Реджепа Тайипа Эрдогана, безусловно, расширились. Правящая партия ПСР хотела с помощью динамичной и растущей турецкой экономики превратить страну в игрока с региональным охватом. Но в равной степени Турция столкнулась с угрозой для своих национальных интересов - не в последнюю очередь в Сирии, где она разочарована действиями союзников по НАТО, в том числе США.

Турция стремится придерживаться собственного курса, при необходимости взаимодействуя с другими игроками, например, Россией и Ираном. Воспользовавшись относительной степенью стратегической автономии и в стремлении расширить свое региональное присутствие, Анкара оказалась на стороне правительства ПНС в гражданской войне в Ливии. Там Турции противостоят такие влиятельные страны как Египет и ОАЭ, поддерживающие Халифу Хафтара. Так началась опосредованная война дронов в ливийском небе: ОАЭ используют китайские беспилотные летательные аппараты, а турки - собственные боевые дроны. Турецкая авиация сыграла решающую роль в спасении ПНС. Конфликт в Ливии также усугубил противоречия между Турцией и Египтом. Отношения ухудшились после свержения в Египте ”Братьев-мусульман”. Разногласия по поводу Ливии испортили отношения между Турцией и Францией. Не так давно произошло военно-морское столкновение, в которое вмешались турецкие военные корабли, чтобы помешать французскому флоту перехватить грузовое судно, предположительно перевозящее оружие у ливийского побережья. На фоне растущей греко-турецкой напряженности Франция направила два военных корабля и два штурмовика в знак солидарности с Афинами.

Таким образом, непосредственная причина напряженности в Средиземноморье связана с энергетикой, но это лишь часть истории. Существует как глубоко укоренившаяся, так и развивающаяся дипломатическая напряженность, которая может обостриться в любой момент. Сейчас как никогда Восточному Средиземноморью необходимо, чтобы кто-то взял управление кризисом на себя. Но кто это сделает? Да и захотят ли стороны конфликта, чтобы ими кто-то управлял? 

9430 просмотров




Вестник Кавказа

в Instagram

Подписаться



Популярные

Не показывать мне больше это
Подпишитесь на наши страницы в социальных сетях, чтобы не пропустить самое интересное!