"Шестиугольник" Нетаньяху: как в Израиле видят антииранский альянс?

По Нетаньяху заявил, что Израиль, Индия, Греция, Кипр и коалиция неназванных арабских, африканских и азиатских государств должны объединиться для противостояния "радикальным шиитским и суннитским осям". Но уже на следующий день почти 20 стран выступили с совместным осуждением израильской политики на Западном берегу. Расскажем, почему Нетаньяху предложил создание блока сейчас и как отреагировали в регионе.

Что такое "шестиугольник" Нетаньяху?

На заседании израильского правительства в преддверии исторического визита премьер-министра Индии Нарендры Моди, стартующего 25 февраля, Биньямин Нетаньяху представил свое видение новой региональной архитектуры безопасности, названной им "шестиугольником союзов". Согласно предложенной концепции, международный союз должен объединить шесть сторон: Израиль как центрального координатора, Индию в роли стратегического якоря, Грецию и Кипр как средиземноморских партнеров, а также неназванные пока арабские, африканские и азиатские государства. Нетаньяху заявил о необходимости создания блока "наций, одинаково смотрящих на реальность, вызовы и цели", чтобы противостоять "радикальным осям".

Визит Нарендры Моди, который продлится два дня, станет ключевым событием в продвижении этой инициативы. Планируются переговоры по широкому спектру вопросов: от сотрудничества в сфере искусственного интеллекта и квантовых вычислений до заключения многомиллиардных оборонных сделок.

Почему Нетаньяху разделяет регион на "шиитскую" и "суннитскую" оси?

Формулировка Нетаньяху основана на традиционном для израильской политики восприятии Ирана как главного стратегического противника. Под "радикальной шиитской осью" он подразумевает Иран и его сеть прокси-сил, известную как "ось сопротивления": ливанскую "Хезболлу", шиитские группировки в Ираке и йеменских хуситов.

Новым в риторике израильского премьера стало упоминание "возникающей радикальной суннитской оси". Это понятие вызывает вопросы, поскольку большинство суннитских государств региона - Саудовская Аравия, Египет, Иордания - исторически поддерживали с Израилем либо прагматичные отношения, либо, как в случае с Авраамовыми соглашениями, двигались к нормализации. Возможно, эта риторика направлена на консолидацию умеренных сил перед лицом новых вызовов. Однако на практике, как показывают события последних дней, реакция суннитских государств противоположна ожиданиям Нетаньяху.

Готова ли Индия готова присоединиться к альянсу Израиля?

Несмотря на теплую риторику и дружбу лидеров, позиция Индии остается прагматичной. Нарендра Моди в ответ на заявление Нетаньяху написал в соцсети X: "Индия глубоко ценит прочную дружбу с Израилем, построенную на доверии, инновациях и общей приверженности миру и прогрессу". Однако он не дал формального обязательства о вступлении в какой-либо альянс.

Нью-Дели последовательно придерживается политики "стратегической автономии" и исторически избегает жестких блоковых структур, будучи одним из основателей Движения неприсоединения. Индия одновременно развивает отношения с Ираном и поддерживает обширные торговые связи со странами Персидского залива. Ежегодно рабочие из Индии отправляют на родину миллиарды долларов из этого региона.

Более того, визит Моди вызвал острую критику внутри самой Индии. Оппозиционная партия Индийский национальный конгресс во главе с Джайрамом Рамешем обвинила правительство в том, что оно "бросило палестинцев". Рамеш подчеркнул, что визит проходит в то время, когда Израиль продолжает "безжалостные атаки на мирных жителей в Газе", и напомнил, что Индия была одной из первых стран, признавших государство Палестина еще в 1988 году. Оппозиция также угрожает бойкотировать выступление Моди в Кнессете.

Таким образом, хотя Индия готова углублять двустороннее сотрудничество в сферах высоких технологий, оборонного производства и экономического коридора "Индия-Ближний Восток-Европа", она вряд ли присоединится к конфронтационному альянсу.

Какая роль в альянсе отводится Греции и Кипру?

Греция и Кипр уже много лет являются партнерами Израиля в рамках трехстороннего формата, созданного в 2016 году. Изначально сотрудничество было сосредоточено на энергетике и взаимосвязях, но со временем расширилось до сферы безопасности и обороны, отчасти в противовес Турции. Греция в 2025 году одобрила покупку израильских реактивных систем залпового огня PULS на $760 млн, и стороны обсуждают более широкий оборонный пакет на $3,5 млрд, включая систему ПВО. Кипр также получил израильские системы ПВО.

Однако участие Греции и Кипра осложняется их членством в Международном уголовном суде, выдавшем ордер на арест израильского премьера, что юридически обязывает эти страны задержать Нетаньяху в случае его прибытия на их территорию. Кроме того, региональная динамика меняется. Греция и Турция, давние соперники, вступили в фазу осторожного сближения. Премьер-министр Греции Кириакос Мицотакис посетил Анкару в начале февраля 2026 года для стабилизации отношений и расширения экономических связей, что делает антитурецкую направленность потенциального альянса неудобной для Афин.

О какой "турецкой угрозе" говорит Израиль?

Параллельно с идеей "шестиугольника" в израильском политическом дискурсе нарастает тема турецкой угрозы. В середине февраля экс-премьер-Нафтали Беннет на конференции в Иерусалиме назвал Турцию "новым Ираном". Он обвинил президента Эрдогана в создании анти-израильской оси вместе с Катаром и Пакистаном. По мнению Беннета, Турция пытается влиять на Саудовскую Аравию и создает "враждебную суннитскую ось", в которую может войти обладающий ядерным оружием Пакистан. Он призвал действовать одновременно против угрозы из Тегерана и враждебности из Анкары. Однако руководство Турции никогда не отрицало права Израиля на существование. Турецкая стратегия заключается скорее в развитии собственных военных технологий и установлении трансрегиональных связей в обход США, но прямая конфронтация с Израилем невыгодна Анкаре.

Как регион отреагировал на инициативу Нетаньяху?

Реакция региона на израильскую политику оказалась единой и осуждающей, что подрывает тезис Нетаньяху о возможности создания про-израильского "суннитского" блока. Всего через день после анонса "шестиугольника", 19 стран, а также Лига арабских государств и Организация исламского сотрудничества выступили с совместным заявлением.

В заявлении, подписанном в том числе Турцией, Саудовской Аравией и Катаром, содержится решительное осуждение действий Израиля на Западном берегу реки Иордан. Страны осудили реклассификацию палестинских земель как израильских "государственных земель", ускорение строительства поселений и расширение израильской администрации, назвав эти шаги "де-факто аннексией" и "прямой атакой на жизнеспособность палестинского государства".

Главы МИД этих государств призвали Израиль незамедлительно выполнить свои международные обязательства и воздержаться от действий, которые меняют статус оккупированных территорий. Они подтвердили свою приверженность решению на основе двух государств в границах 1967 года.

Почему Нетаньяху предложил альянс сейчас?

Время для выдвижения инициативы выбрано не случайно и связано с несколькими факторами внутриполитической ситуации в Израиле. Позднее в 2026 году в стране запланированы выборы, и Нетаньяху, который предстал перед судом по трем коррупционным делам, остро нуждается в образе государственного деятеля мирового масштаба.

Экономическая ситуация в Израиле также далека от стабильной. С октября 2023 года наблюдается отток инвестиций, закрытие бизнеса и понижение кредитных рейтингов. Инициатива о создании мощного международного альянса призвана продемонстрировать избирателям, что страна не находится в изоляции, несмотря на международную критику ее действий в Газе.

Кроме того, как отмечают эксперты, процесс нормализации с Саудовской Аравией стал для Эр-Рияда политически более затратным. Показывая альтернативы в лице Индии, Греции и Кипра, Нетаньяху пытается укрепить свои переговорные позиции и доказать, что у Израиля есть "план Б" даже без прорывного соглашения с Эр-Риядом.

Парадокс ситуации заключается в том, что, пытаясь создать альянс против "радикальных сил", Израиль сам становится катализатором консолидации этих сил. Турецко-саудовско-пакистанский оборонный диалог, активизировавшийся в последние недели, представляет собой гораздо более реалистичный пример регионального военного сотрудничества, чем "шестиугольник" Нетаньяху.