Постконфликтный Карабах: роль внешних акторов

Постконфликтный Карабах: роль внешних акторов

Заявление президента США Джо Байдена по поводу событий 1915 года в Османской империи[1] вызвало широкий резонанс, поскольку в отличие от сложившейся многолетней практики в нем было дважды упомянуто слово "геноцид". Это повлекло за собой появление большого количества версий, авторы которых, исходя из собственных интересов, пытались спрогнозировать дальнейшие действия новой администрации Белого дома как в отношении Турции, так и новой ситуации, сложившейся в регионе после 44-х дневной войны в Карабахе.

Сегодня двухсторонняя повестка отношений США с Турцией охватывает гораздо более значимые вопросы, чем оценка событий столетней давности. На этом акцентировал внимание и госсекретарь США Энтони Блинкен, который отметил, что "Турция является критически важным союзником Соединенных Штатов" и "мы действуем как партнеры по многим общим региональным и глобальным интересам". При этом он также подчеркнул, что "стремление отмечать день поминовения призвано почтить [память] жертв, а не возложить [на кого-то] вину"[2].

Еще одной страной-адресатом апрельского заявления Байдена была Армения, которая хотя и не существовала в те времена как независимое государство, тем не менее уже долгие годы считает достижение международного признания "геноцида" важнейшей внешнеполитической целью страны. Естественно, наибольшее одобрение заявления Байдена последовало именно из Армении, продолжающей считать факт "признания" более важным, чем возможную нормализацию отношений с Турцией. Между тем, анализируя причины упоминания слова "геноцид", ряд экспертов полагает, что после Второй Карабахской войны США, хотят "включиться в борьбу за лидерство в Закавказье, попытавшись перетянуть на свою сторону Армению — ключевого союзника Москвы в регионе"[3].

В контексте "борьбы за лидерство" в регионе США должны будут прислушаться и к позиции Азербайджана, имеющего собственный взгляд на сложившуюся ситуацию, которую официальный Баку принципиально характеризует термином "постконфликтная". Отказ от термина "поствоенная" отражает суть конфликта, который в Азербайджане всегда рассматривался как армяно-азербайджанский, поскольку он был обусловлен территориальными претензиями соседней республики.

В результате военных действий и трехстороннего Заявления от 9-10 ноября 2020 года[4] Азербайджан добился освобождения семи оккупированных районов, прилегающих к территории бывшей Нагорно-Карабахской Автономной Области (НКАО), а также установил контроль над частью территории бывшей автономии, в том числе над городом Шуша, в котором до начала конфликта 92% населения составляли азербайджанцы[5]. С учетом того, что сейчас азербайджанские Вооруженные силы контролируют государственную границу с Арменией, можно говорить о полном восстановлении территориальной целостности Азербайджана и, соответственно, о том, что "конфликт остался в прошлом[6].

Что касается остальной части территории бывшей НКАО, то здесь проживают граждане Азербайджана – этнические армяне, безопасность которых гарантируется как политической волей Азербайджана, подписавшего трехстороннее Заявление, так и Россией, разместившей в регионе миротворческий контингент. Поэтому обсуждение "статуса" Нагорного Карабаха, в том числе с привлечением сопредседателей Минской группы (МГ) ОБСЕ на сегодняшний день нереально. Азербайджан был заинтересован в таких обсуждениях, когда они были увязаны с возможностью мирной деоккупации районов вокруг Нагорного Карабаха, но после освобождения этих районов в результате военных действий эти обсуждения потеряли всякий смысл. Сейчас этот вопрос нет оснований обсуждать с Арменией, поскольку он больше касается взаимоотношений армянского населения Нагорного Карабаха с Азербайджанским государством.

Тем не менее армянская сторона продолжает время от времени напоминать о готовности продолжать переговоры в рамках МГ ОБСЕ для определения "статуса" Нагорного Карабаха[7]. В этом вопросе ее активно поддерживает Франция. Периодически к процессу подключаются США, о чем свидетельствует телефонный разговор Блинкена с президентом Азербайджана Ильхама Алиевым, в котором госсекретарь отметил "важность усилий сопредседателей МГ ОБСЕ для продолжения переговоров по долгосрочному политическому урегулированию нагорно-карабахского конфликта"[8].

Азербайджане же, говоря о роли МГ ОБСЕ в постконфликтный период, исходят из того, что сопредседатели не должны "давать Армении нереальных обещаний" и предпринимать шаги, которые могут нарушить хрупкий мир[9]. Сегодня, когда Азербайджан и Армения находятся в начале сложного пути преодоления последствий конфликта и установлению хотя бы минимального уровня доверия, привнесение в повестку обсуждений вопроса "статуса" лишь препятствует нормализации двусторонних отношений. В Ереване также не должны забывать о том, что абсолютизация права армянского населения Нагорного Карабаха на самоопределение (а фактически на отделение) уже привела к десяткам тысяч жертв и появлению сотен тысяч беженцев и вынужденных переселенцев с обеих сторон.

Но в Ереване упорствуют в продвижении деструктивного дискурса о "статусе" или "отделении во имя спасения", что отражает сформировавшиеся в армянском обществе на протяжении трех десятилетий ложные представления о невозможности совместного проживания с азербайджанцами. Однако здесь трудно не согласиться с Ильхамом Алиевым, напомнившим на пресс-конференции для представителей местных и иностранных СМИ о том, что существует давняя история совместного проживания с армянским народом и в Армении, и в Азербайджане, и в Грузии, в России, на Украине, в Европе. Он тогда особо отметил, что "для заживления ран войны нужно время", "мы это понимаем и не хотим никого торопить, не хотим никого заставлять"[10].

Азербайджан уже многократно озвучивал свои задачи на ближайший период, и они связаны, в первую очередь, с разблокировкой транспортных коммуникаций, разминированием освобожденных территорий, восстановлением разрушенной инфраструктуры и гражданских объектов, управлением водными ресурсами и обеспечением энергетической безопасности. Однако создается ощущение, что постконфликтная Армения пока не готова к конструктивному взаимодействию для скорейшего восстановления региона. Об этом свидетельствуют отказ от представления карт минных полей, искусственное затягивание разблокировки Зангезурского коридора, постоянная актуализация вопросов "статуса" и "защиты памятников истории и культуры". Отдельно стоит упомянуть и об "военнопленных", которых азербайджанская сторона считает диверсантами, переброшенными в Нагорный Карабах из Ширакской области Армении в конце ноября 2020 года, то есть уже после окончания военных действий[11].

Между тем, будущая нормализации отношений с Арменией подразумевает окончательный и безоговорочный вывод оставшейся части Вооруженных сил Армении с нагорной части Карабаха, а также достижение согласия о взаимном признании территориальной целостности и государственных границ с их последующей делимитацией и демаркацией. Также нерешенной остается задача организации государственными органами Азербайджана пограничного, таможенного и других видов контроля в районе, где Лачинский коридор соединяется с границей Армении.

Со временем реализация в Карабахе социально-экономических и гуманитарных проектов неминуемо приведет к вовлечению правительства Азербайджана в решение насущных проблем армянского населения региона. Очевидно, что после открытия коммуникаций в Карабахе актуализируется вопрос налаживания прямых контактов между представителями армянского и азербайджанского населения. Уже сегодня стоит готовиться к этим трудным процессам путем планирования совместных проектов, в том числе, для преодоления социально-психологических последствий конфликта.

В этих условиях, вовлечение внешних акторов в обсуждение чувствительных тем, например, связанных с опасениями по поводу армянских памятников культурного и религиозного наследия при полном пренебрежении к судьбе азербайджанских памятников препятствует решению первоочередных проблем постконфликтного Карабаха и фактически способствует разделению населения региона по религиозному признаку.

Сближение двух народов, 30 лет находившихся в состоянии вооруженного конфликта, требует постоянной поддержки и оказания реальной помощи со стороны международных организаций и ведущих государств. Думается, что внешние акторы в этом контексте могли бы внести посильный вклад в успешное развитие постконфликтного Карабаха и нормализации отношений между Азербайджаном и Арменией.

[1]Statement by President Joe Biden on Armenian Remembrance Day. April 24, 2021

[2] Блинкен заявил, что Байден не пытался возложить вину на Турцию, говоря о геноциде армян, TASS, 28.04.2021

[3]Соединенные Штаты с Арменией. Газета "Коммерсантъ", №73/П от 26.04.2021, стр. 6

[4] Заявление Президента Азербайджанской Республики, Премьер-министра Республики Армения и Президента Российской Федерации, 10 ноября 2020 года

[5]Elchin Amirbayov. Shusha's Pivotal Role in a Nagorno-Karabagh Settlement. Belfer Center for Science and International Affairs, Harvard Kennedy School, Caspian Studies Program, Policy Brief, Number 6

[6] Алиев заявил, что карабахский конфликт остался в прошлом. РИА Новости, 14.03.2021

[7] Президент России, Президент Азербайджана и премьер-министр Армении выступили с заявлениями для прессы. АЗЕРТАДЖ,  11.01.2021

[8] Secretary Blinken’s Call with Azerbaijani President Aliyev. U.S. Department of State, April 28, 2021

[9] Президент Ильхам Алиев принял участие в международной конференции под названием "Новый взгляд на Южный Кавказ: постконфликтное развитие и сотрудничество" в Университете АДА. АЗЕРТАДЖ,  16.04.2021

[10] Президент Ильхам Алиев провел пресс-конференцию для представителей местных и зарубежных СМИ. АЗЕРТАДЖ,  28.02.2021 

[11] Под председательством Президента Ильхама Алиева состоялось совещание, посвященное итогам 2020 года. АЗЕРТАДЖ 08.01.2021

19700 просмотров




Вестник Кавказа

во Вконтакте

Подписаться



Популярные

Не показывать мне больше это
Подпишитесь на наши страницы в социальных сетях, чтобы не пропустить самое интересное!