После паузы продолжительностью более месяца американские и иранские силы вновь наносят удары друг по другу, а президент США Дональд Трамп перешел к прямым угрозам физического уничтожения Исламской Республики.
Первый за несколько недель эпизод произошел в конце августа. Американские силы нанесли удар по двум ракетным установкам Корпуса стражей исламской революции (КСИР) на острове Ларак в районе Ормузского пролива. В Центральном командовании США заявили, что установки готовились к запуску ракет с морскими минами, которые могли угрожать судоходству.
Вашингтон назвал операцию ограниченной и превентивной. Однако для Тегерана атака на Ларак стала ударом по иранской территории, стратегически важному объекту и очередным подтверждением того, что американские военные потенциальную угрозу могут в любой момент превратить в реальную. По данным иранской стороны, в результате атаки погибли военнослужащие и гражданские лица, что дополнительно вынудило Исламскую Республику ответить.
Ответ был дан 31 августа. Иран заявил об ударах по американским объектам в Иордании. КСИР сообщил о запуске баллистических ракет по базам короля Хусейна и Эль-Азрака. Иорданские власти утверждали, что восемь ракет были перехвачены. Одновременно иранская сторона сообщила о своей атаке БПЛА по американским силам и вертолетам на авиабазе Аль-Минхад в Объединенных Арабских Эмиратах.
Как и в прошлом, конфликт снова вышел за пределы двустороннего противостояния на региональный уровень. Американская инфраструктура в Иордании, ОАЭ, Бахрейне, Кувейте и Ираке превращается в потенциальную сеть целей для Тегерана. В свою очередь, США получают возможность наносить удары по иранским объектам под предлогом защиты военных контингентов и свободы судоходства в Ормузском проливе. Под угрозой оказываются не только военные базы, но и союзники Вашингтона.
На следующий день американские силы дали ответ на иранский ответ. 1 сентября они нанесли новую серию ударов по югу Ирана — в районе Бендер-Аббаса, острова Кешм, Чабахара и побережья Ормузского пролива. Центральное командование США заявило, что были поражены системы ПВО, РЛС, морские объекты, средства установки мин и коммуникационная инфраструктура КСИР. Американские представители также связали операцию с попытками ИРИ атаковать коммерческие суда и восстановить радиолокационную сеть.
"Мы подождали, пока радар почти будет готов, а затем ударили", — сказал Дональд Трамп в телефонном разговоре с Fox News. По его словам, Вашингтон намеренно позволил Ирану восстановить часть поврежденной инфраструктуры, чтобы затем вновь вывести ее из строя. Трамп прямо говорит, что в дипломатии нет смысла и возможное соглашение с Тегераном "не стоит бумаги, на которой оно написано", поскольку Ирану уже предоставляли достаточно возможностей для прекращения конфликта.
На фоне новых ударов Тегеран сообщил о ракетных и беспилотных атаках по американским объектам в Иордании, Бахрейне, Кувейте и Ираке. О количестве пострадавших военных США точно не известно. В ряде случаев власти стран региона сообщали о работе систем ПВО и перехвате ракет и дронов.
Особенно опасным эпизодом стали сообщения о попадании американских боеприпасов в жилой район округа Сирик на юге Ирана. Иранское общество Красного Полумесяца заявило о пяти погибших, включая ребенка, и десятках раненых. По данным иранской стороны, люди собрались на свадебном мероприятии. Американские военные заявили, что не наносят намеренных ударов по гражданскому населению и изучают обстоятельства произошедшего. Подобные инциденты неизбежно усиливают общественное давление на руководство Ирана и сокращают пространство для дипломатии.
Самым заметным символом новой эскалации стал видеоролик, опубликованный Трампом в социальной сети Truth Social. На нем изображено уничтожение острова Харк — главного нефтяного терминала Ирана. Позднее специалисты подтвердили, что ролик, вероятнее всего, был создан с использованием искусственного интеллекта.
Выбор этой цели имеет стратегическое значение. Через Харк проходит значительная часть иранского нефтяного экспорта. Реальный удар по терминалу означал бы переход к качественно новой стадии конфликта: от поражения военных объектов к прямому разрушению энергетической инфраструктуры. Последствия почувствовал бы не только Иран. Любая серьезная атака на нефтяной узел у входа в Персидский залив могла бы вызвать рост страховых тарифов, перебои в и так едва действующем судоходстве и скачок цен на нефть.
Ормузский пролив остается одним из важнейших мировых энергетических маршрутов. Через него проходит значительная доля поставок нефти и сжиженного природного газа из стран Персидского залива. Поэтому даже ограниченные сообщения о минировании, ракетных пусках или атаках на торговые суда способны повлиять на решения судоходных компаний. Чем дольше сохраняется неопределенность, тем выше риск, что перевозчики начнут избегать маршрут либо потребуют дополнительного военного сопровождения.
Иран, со своей стороны, стремится представить американскую стратегию как доказательство ее неэффективности. Представители КСИР обещают "сокрушительный" ответ, а иранские чиновники предупреждают, что дальнейшее давление затронет американские базы, энергетические объекты и морские коммуникации. Логика Тегерана очевидна: если США будут и дальше вести "мини-войну", то Вашингтону придется столкнуться с постоянными издержками — угрозой базам, рисками для союзников и нестабильностью на рынках.
Трамп оказывается в противоречивой ситуации. С одной стороны, ему необходимо демонстрировать силу и подтверждать образ президента, способного добиться контроля над Ормузским проливом. Накануне, 1 сентября, он заявил, что Вашингтон находится в гораздо более выгодной позиции, поскольку, по его словам, США почти полностью контролируют пролив, а иранская экономика "полностью рушится". С другой стороны, каждая новая атака повышает вероятность расширения войны, риск для жизни американских военных в регионе и втягивания в конфликт американских союзников.
"Если Иран ответит, по нему ударят гораздо сильнее и на более высоком уровне", — написал Трамп. В другом сообщении он предупредил, что еще более крупная операция "ждет своего часа", после чего от Исламской Республики может остаться "очень мало". В интервью Fox News президент США пригрозил: "Если они сделают это снова, их больше не будет". Эти формулировки рассчитаны одновременно на Тегеран, американскую аудиторию и союзников Вашингтона. Но угрозы такого масштаба сужают возможности для отступления: любое смягчение риторики может быть воспринято как уступка, особенно в преддверии выборов в Конгресс.
В то же время приближение выборов в Конгресс заставляет администрацию не перегибать палку и избегать затяжной и полномасштабной войны, которая может привести к потерям среди американских военнослужащих и росту расходов. Поэтому наиболее вероятной остается стратегия ограниченных, но регулярных ударов по военной и энергетической инфраструктуре Ирана в сочетании с санкциями и демонстрацией военно-морского присутствия. Министр финансов Скотт Бессент полагает, что Вашингтону удастся принудить Иран к выгодному себе соглашению через санкционные меры, которые в последние недели нарастают.
Пока что стороны сохраняют возможность остановить обмен ударами, но политическая цена компромисса становится все выше. Вашингтон старается доказать, что санкции и военное давление ломают иранскую стратегию. Тегеран стремится показать, что американское присутствие в регионе можно превратить в уязвимость, а военные операции США ему не страшны. В результате Ормузский пролив постепенно превращается в серую зону, а цены на нефть продолжают уверенный рост, что крайне не выгодно республиканцам на выборах.
Дзен
Новости
Telegram
