Муфтий, совместивший веру и знания

Муфтий, совместивший веру и знания

Мирза Гусейн Эфенди Юсиф оглы Гаибзаде (Гаибов) был муфтием Закавказья на протяжении 33 лет. Однако он - не только один из величайших духовных лидеров в истории Азербайджана, но и видный преподаватель и богослов, блистательный проповедник. Неоценим его вклад и в литературную критику, систематизацию азербайджанского литературного наследия. Мирза Гусейн Эфенди пользовался почетом среди современников не только как религиозный духовный лидер, но и как просветитель, несший прогресс в общество и боровшийся с предрассудками. То, что ему удалось сочетать искреннюю веру и глубокую набожность с блистательной светской образованностью само по себе говорит о незаурядности личности.

Мирза Гусейн Гаибов родился в 1830 году в селении Юхары Салахлы Казахскогo уезда (ныне Казахский район Азербайджанской Республики) в семье бедняка Юсуфа Гаиб-оглы. Надо сказать, что поселение, чье население и сейчас насчитывает всего около 3,5 тыс. человек, необыкновенно богато на выдающихся людей, там родившихся - среди них и военный деятель Осман Ага Гюльмамед оглы Гюльмамедов, и знаменитый поэт и академик Самед Вургун, и генерал Ибрагим Ага Векилов, военачальник Ибрагим-Ага Усубов, и поэт и государственный деятель Молла Панах Вагиф, и многие другие.

Осиротевшего в 6 лет мальчика взял на воспитание его дядя Ибрагим Эфенди Гаиб-оглы. Он же отдал его обучаться в медресе, где Мирза Гусейн проявил незаурядный интеллект, обучаемость, прилежание и страсть к знанию. В 17 лет юноша уже был помощником учителя в том же медресе. Он отвечал за обучение младших учеников. Способности Мирзы Гусейна не остались незамеченными - тогдашний Закавказский муфтий Мухаммед Муфти-заде (Видадов), прибывший в Казахский уезд для проведения ревизии, не мог не заметить, что ученики младшего отделения особенно преуспевают в учебе. Он узнал и запомнил, кто руководил отделением. Когда в Тифлисе открылась русско-татарская школа, попечителем которой выступал муфтий, он предложил Мирзе Гусейну стать преподавателем восточных языков в новом учебном заведении. Гаибов принял предложение, из-за чего не успел завершить собственное образование в медресе. Однако молодой преподаватель не остановился на достигнутом - он продолжил занятия самостоятельно и, по словам его племянника Али Аги Шихлинского, “вскоре достиг совершенства в фарсидском и арабском языках”. Нашел Мирза Гусейн возможность изучать и русский язык.

Гаибов обучал капитана Генерального штаба Николая Григорьевича Столетова азербайджанскому, а тот, в свою очередь, преподавал ему русский. Вскоре оба достигли значительных успехов. В этом проявилась не только редкая способность Гаибова успешно изучать несколько языков в один и тот же период времени, но и его умение преподавать языки - а преподавать языки взрослым зачастую сложнее, чем детям. Али Ага Шихлинский вспоминал: “В 1908 году в Царском Селе я встречался с генералом от инфантерии, членом Военного Совета Н.Г. Столетовым, который всегда говорил со мной на азербайджанском языке, он владел им прекрасно”. Круг интересов Мирзы Гусейна не ограничивался языками - он “изучил всю персидскую художественную литературу, а также и арабские научные книги ”.

Он был очень дружен с Мирзой Фатали Ахундовым, литератором, философом, общественным деятелем и просветителем, с которым познакомился, будучи преподавателем в медресе Закавказского духовного управления в Тифлисе. Впоследствии муфтий часто помогал Мирзе Фатали разбирать арабские книги, так как владел этим языком намного лучше своего друга. Сдружился Гаибов и с грузинским поэтом и просветителем Ильей Чавчавадзе - как отмечал Али Ага Шихлинский, его дядя был “совершенно свободен от националистических предрассудков. Любя свой народ, он никакой неприязни к другим народностям не питал. Будучи верующим мусульманином, он умел уважать и чужую религию, имел друзей среди русского, грузинского и армянского духовенства”.

Гаибову принадлежит заслуга создания четырехтомного "Сборника стихотворений известных в Азербайджане поэтов". Эту идею подсказал ему Ахундов. Примечательно, что сборник был самым всеобъемлющем из существовавших в то время - именно с опорой на него Адольф Берже издал "Стихи поэтов Азербайджана" в 1867 году в Лейпциге. Сборник сохранял свой авторитет и через несколько десятилетий после первого издания - так, Фиридун-бек Кочарлинский при составлении своего важнейшего труда - "Материалов по истории азербайджанской литературы", опубликованного только в 1925 году, использовал труд Гаибова как основной источник.

Важным этапом профессионального пути Гаибова стало назначение его секретарем Закавказского мусульманского духовного правления суннитского учения при Закавказском муфтии. Эта должность не являлась духовной - секретарем аналогичного Закавказского мусульманского духовного правления шиитского учения был русский и православный Костин. Гаибов привык вникать во все, что делал, так что он досконально изучил шариат, обнаружив при этом, по свидетельству Али Аги Шихлинского, что “"последователи пророка" во многом исказили первоначальный шариат, введя в него многое от себя”. Вследствие этого, у него оформилось четкое стремление к просвещению, как средству распространения истинного знания.

Вместе друзья, Ахундов и Гаибов, стремились к открытию мусульманского отделения в Горийской учительской семинарии и преуспели в этом. Сам Гаибов принял предложение преподавать в семинарии языки, когда в 1879 году отделение при Закавказской учительской семинарии было создано. Однако уже через два года ему предстояло отойти от преподавания - он был избран на пост Закавказского муфтия, несмотря на то, что сразу предупредил о светском характере своего мировоззрения: "Я не был духовным лицом, никогда никаких духовных треб не исполнял и впредь исполнять не буду. Предложенный мне пост приму, так как полагаю, что сумею принести таким путем наибольшую пользу моему народу”. Он понял, что на новом посту сможет с большей эффективностью содействовать распространению просвещения, которое считал наибольшим благом.

Важным аспектом просветительской деятельности Мирзы Гусейн Эфенди была многократно оказывавшаяся им помощь в стремлении к знанию тем молодым людям, у которых были способности и упорство, но практически не было шансов получить образование в силу скромных происхождения и достатка. Сотни молодых людей поступили в учебные заведения благодаря его ходатайству. Мирза Гусейн Эфенди отлично разбирался в людях и видел способности или их отсутствие едва ли не с первого взгляда, что позволяло ему ручаться за поступающих и не промахиваться при этом. Одним из них был Ибрагим ага Векилов, сын простолюдина и односельчанин Мирзы Гаибзаде. Осиротев в 12 лет, мальчик отправился в 1866 году в Тифлис. Он собирался стать военным, как и его отец. Однако Ибрагим плохо знал русский язык, что делало его шансы на поступление практически равными нулю. Узнав о благородном стремлении мальчика, Мирза Гусейн Гаибзаде оказал ему необходимую помощь, и с осени того же года мальчик был зачислен на подготовительные курсы. Благодаря ходатайству уважаемого человека, шефство над мальчиком взял сам директор заведения Мамлеев. Он же обучил его русскому языку. Успехи ученика не заставили себя долго ждать, и по окончании курсов мальчик был отправлен в Петербургское военно-топографическое училище. В итоге, он дослужился до генерала.

Другим примером подобного дара провидения, присущего Мирзе Гусейну Эфенди был его двоюродный племянник Али Ага Шихлинский, которого ему отдали на воспитание родители, когда мальчик подрос. Когда Гаибов привел его в гимназию Тер-Акопова и представил директору Семену Ильичу Монастырцеву, мальчик знал алфавит, 20-30 русских слов (но не умел связывать их в предложения) и кое-как считал. Услышав об этом, директор задумался, в какой класс его определить. Гаибов сказал ему: "Посадите куда хотите, через два месяца он опередит своих товарищей". Поначалу Шихлинского определили в третье отделение из четырех (в четвертом учились дети 6-7, оно было младшим). Учебу он начал 17 ноября 1875 года, за месяц до каникул. Вскоре мальчик стал понимать большую часть того, что говорили его товарищи. Через три недели, 23 декабря, перед самыми каникулами, его за замечательные успехи в учебе уже перевели во второе отделение, а в июне он с отличием сдал экзамены и перешел в первое отделение. Сам он отмечал, что путь, пройденный им за 7 месяцев, владевшие русским языком ученики обычно преодолевали за 2 года. Уже в августе 1876 года Шихлинский поступил в Тифлисскую военную гимназию, где тоже показал лучшие в классе результате, несмотря на то, что приступил к занятиям на полтора месяца позже срока из-за перелома ноги.

Радел Мирза Гусейн Эфенди и за право женщин получать образование наравне с мужчинами. Этому вопросу он посвятил статьи "Дастури нисван" и "Обучение и воспитание наших женщин и девушек". Гаибов был уверен, что женское образование ни в чем не противоречит законам шариата и является благотворным и необходимым для общества. Также он выступал за раскрепощение женщины, в том числе - против ношения чадры. Он доказывал, что не шариат накладывает запрет на женское образование и предписывает ношение чадры, а иранские порядки, насажденные в результате завоевания.

Взгляды и поступки муфтия в частной жизни полностью соответствовали общественно высказываемым им идеям. Так, Али Ага Шихлинский писал: “Женившись на молодой, очень красивой девушке, он ее не кутал в чадру и не прятал от мужчин, а разрешил ей участвовать, совместно с мужчинами, в благотворительном мусульманском обществе, посвятившем себя также помощи молодежи, ищущей знаний. Жена Саадат-ханум участвовала в Кавказском женском благородном обществе”, а так же в Кавказском Мусульманском благотворительном обществе. Дочери его Нигяр и Гевхар получили образование в Закавказском девичьем институте. Обе окончили его с отличием. Решение отдать дочерей учиться было очень прогрессивным - в 1889 году, когда старшая дочь Мирзы Гусейна Эфенди окончила институт, даже светски образованные мусульмане крайне редко инициировали обучение дочерей в русских образовательных учреждениях. Сыновьям Гаибов также обеспечил высшее образование.

Мирза Гусейн Гаибзаде умер в марте 1917 года и был похоронен в Тифлисе, в котором провел значительную часть жизни. Вскоре произошла Октябрьская революция, в стране наступил хаос, и вследствие бурных событий Закавказский муфтият потерял свою функцию.

Но Гаибова помнят в Азербайджане как человека, которому удалось пройти путь от сына бедняка до образованнейшего высокопоставленного духовного лидера, чей авторитет был чрезвычайно высок в целом регионе. Его жизнь, важнейшей идейной составляющей которой была вера в могущество разума и просвещения, стала примером истинности данной установки, как и совместимости веры и знания.

 

21040 просмотров






Популярные

Не показывать мне больше это
Подпишитесь на наши страницы в социальных сетях, чтобы не пропустить самое интересное!