Война в Иране и блокада Ормузского пролива 2026: каковы масштабы потерь нефти?

В конце февраля США и Израиль нанесли удары по Ирану, спровоцировав полномасштабную войну, которая длилась более месяца и завершилась на этой неделе объявлением двухнедельного перемирия.

Одним из главных инструментов иранского ответа стала блокада Ормузского пролива. В ответ на совместные американо-израильские удары Тегеран практически полностью остановил судоходство, нанеся удар по мировым энергетическим рынкам. Последствия блокады оказались катастрофическими. Государства Совета сотрудничества арабских государств Залива встретили перемирие с осторожным оптимизмом, но их тревога по поводу будущего Ормузского пролива не утихает. Саудовская Аравия, ОАЭ, Кувейт, Катар, Бахрейн и Оман приветствовали прекращение огня, но подчеркнули, что пролив должен быть открыт, а любое соглашение должно привести к постоянному и долгосрочному урегулированию.

Что сейчас происходит в Ормузском проливе?

Ситуация в Ормузском проливе остается сложной, несмотря на достигнутое перемирие. Главная причина - установленные Ираном мины. По сведениям американских официальных лиц, просочившимся в СМИ накануне переговоров, Тегеран не может полностью открыть пролив, так как не знает точного расположения всех установленных мин. Для минирования использовались сотни малых, трудно отслеживаемых катеров. Это привело к тому, что в суматохе военных действий не велась точная карта мест закладки мин. Многие мины были установлены таким образом, что их могло снести течением с первоначальной позиции.

Столкнувшись с этой проблемой, Тегеран признал, что сталкивается с техническими ограничениями при открытии пролива. На этом фоне американский лидер Дональд Трамп объявил о начале операции по разминированию пролива. Он сообщил, что несколько американских кораблей противоминной обороны были отправлены в зону пролива для выполнения этой задачи. Он назвал операцию сложной, но критически важной для мирового судоходства, подчеркнув, что она необходима для выполнения условий прекращения огня.

Как упал экспорт нефти из-за войны в Иране?

Согласно данным аналитической фирмы Kpler, совокупный экспорт сырой нефти из Ирака, Кувейта, Омана, Катара, Саудовской Аравии и ОАЭ сократился с 469 млн баррелей в феврале до 263 млн баррелей в марте. Общие потери за месяц составили 206 млн баррелей, или 44%. Это объем, который мог бы заполнить более 100 очень крупных танкеров для перевозки сырой нефти. Каждый такой танкер способен перевозить около двух млн баррелей сырой нефти. 

В глобальном масштабе ситуация выглядит еще более угрожающей: по данным на середину марта, восемь основных нефтедобывающих стран региона (Саудовская Аравия, Кувейт, Иран, Ирак, Оман, Катар, Бахрейн и ОАЭ) сократили экспорт в среднем до 9,71 млн баррелей в сутки - на 61% по сравнению с февралем. Данные другой аналитической компании, Vortexa, демонстрируют еще более резкое падение: до 7,5 млн баррелей в сутки, то есть на 71%. До начала конфликта эти восемь стран обеспечивали 36% мирового морского экспорта нефти.

Как это повлияло на стоимость нефти в мире?

Цены на нефть отреагировали на блокаду незамедлительным взлетом. На протяжении большей части войны котировки Brent уверенно держались выше $110 за баррель, достигнув пика почти в $128 в начале апреля. После объявления о перемирии цены упали до $92, но удержаться на этом уровне не смогли. К 10 апреля Brent торговалась около $97-98 за баррель. Экономисты объясняют эту коррекцию ожиданием скорого возобновления судоходства, однако предупреждают, что реальная ситуация на рынке остается напряженной: спотовые цены на нефть, отражающие немедленные поставки, кратковременно взлетали до $147 за баррель, что указывает на острейший дефицит физического сырья.

Кто из производителей нефти пострадал больше всего?

Удар блокады распределился неравномерно. Ирак понес самые тяжелые потери: его экспорт сырой нефти рухнул на 82% - с 94 млн баррелей в феврале до 17 млн в марте. Кувейт и Катар лишились примерно трех четвертей поставок, показав снижение на 75 и 70% соответственно. Саудовская Аравия и ОАЭ пострадали в меньшей степени (сокращение на 34 и 26% соответственно), поскольку смогли частично компенсировать потери за счет альтернативных маршрутов - плавучего хранения и наземных трубопроводов, в обход Ормузского пролива. Абсолютным исключением стал Оман: многие его порты расположены за пределами пролива, что позволило стране даже увеличить экспорт на 16% - с 25 до 29 млн баррелей.

Помимо экспорта, рухнула и сама добыча. К середине марта суммарное сокращение добычи в регионе оценивалось в 7-10 млн баррелей в сутки. Производственные мощности оказались запертыми: наземные хранилища быстро заполнились, и производителям пришлось закрывать скважины. По оценкам Argus Media, Саудовская Аравия сократила добычу примерно на 20%, Ирак - на 70%, а ОАЭ - более чем на 50%. Объем сырой нефти, переведенной в плавучие хранилища (то есть оставшейся в танкерах, которые не могут покинуть регион), превысил 50 млн баррелей по сравнению с довоенным уровнем около 10 млн.

Почему открытие Ормузского пролива не остановит кризис?

Объявление о перемирии и согласие Ирана возобновить судоходство после окончания войны вселили надежду, но до реального разрешения кризиса еще далеко. Даже если после успешных переговоров в Исламабаде водный путь будет полностью открыт уже завтра, потребуются недели, чтобы суда, разбросанные сейчас по всему миру, вернулись в Персидский залив. В регионе скопилось колоссальное количество застрявших судов: по разным оценкам, от 600 до более чем 1000 судов, включая 187 загруженных нефтяных танкеров. Некоторые источники называют цифру почти в 3200 судов.

Более того, остановка скважин, вызванная переполнением хранилищ, влечет за собой серьезные технические и финансовые издержки. Запуск добычи заново - процесс дорогостоящий и технически сложный, он не происходит мгновенно. Даже если бы нефть можно было добывать, суда все равно не могут ее вывезти сразу же. Ликвидация "пробки" в проливе займет не менее двух недель даже в самых благоприятных условиях.

За шесть недель войны более 100 стран были вынуждены повысить цены на автозаправочных станциях. Некоторые правительства, в основном в Азии, объявили чрезвычайные ситуации в энергетике и ввели жесткие меры по ограничению потребления: политику удаленной работы, сокращение рабочих недель, нормирование топлива и комендантский час.

Экономисты и эксперты в области сельского хозяйства предупреждают, что влияние на счета за продукты питания, вызванное скачком цен на энергоносители, сохранится на протяжении всего 2026 года и даже до 2027 года.

Что Иран хочет делать с Ормузским проливом?

Иранская инициатива по установлению платы за проход через Ормузский пролив стала одним из самых спорных аспектов переговоров. Согласно иранским СМИ, Тегеран рассматривает план взимания до $2 млн за каждое проходящее через Ормузский пролив судно, причем часть этой суммы предполагается делить с Оманом, расположенным на противоположной стороне пролива. Альтернативный вариант - сбор в размере $1 за каждый баррель перевозимой нефти. Поступления, заявляет Тегеран, пойдут на восстановление военной и гражданской инфраструктуры, разрушенной в ходе американо-израильских ударов.

Оман, однако, отверг эту идею. Министр транспорта Султаната Саид Аль-Маавали заявил, что Оман подписал все международные соглашения о морских перевозках, запрещающие взимание подобной платы. На практике по крайней мере две пошлины уже были оплачены в китайских юанях. Китай, который покупает 80% иранской нефти, и без того платит Тегерану в юанях, что позволяет Ирану ослаблять доллар США и обходить американские санкции.

Позиция Вашингтона по этому вопросу претерпела эволюцию. Вскоре после объявления перемирия Трамп заявил о возможности создания "совместного предприятия" США и ИРИ для взимания платы. Однако уже 9 апреля Белый дом уточнил, что приоритетом остается открытие пролива без каких-либо ограничений. А к 10 апреля риторика Трампа ужесточилась: он заявил, что Иран должен отказаться от планов сбора платы за проход судов через Ормузский пролив. Американский лидер назвал пролив "международной водной артерией" и пообещал, что Вашингтон не позволит Тегерану вводить какие-либо сборы.