Владимир Шлимак: «Азербайджанские специалисты чувствуют себя в Израиле, как дома»

Владимир Шлимак: «Азербайджанские специалисты чувствуют себя в Израиле, как дома»

В сентябре ведущие бизнес-издания сообщили, что поиски нефти на израильском шельфовом участке «Ям-3» в 15 км к западу от Ашдода близятся к развязке. На участке может находиться месторождение высококачественной нефти, общий запас которой по разным оценкам составляет от 80 млн до 120 млн баррелей. Решающая роль в проведении разведки этого месторождения принадлежит азербайджанской компании Caspian Drilling Company. Директор ее филиала в Израиле Владимир Шлимак рассказал "Вестнику Кавказа" о перспективах поисков нефти на израильском шельфе.

- Что привело Caspian Drilling Company в Израиль?

- Сам я по профессии инженер-нефтяник, закончил Азинефтехим. Начинал работать в Баку, в Морском управлении разведочного бурения со специализированных технических средств. Это было самое передовое в СССР управление по проведению нефтеразведочных работ в море. У нас было пять полупогружных буровых и восемь самоподъемных. В 1991 году я с семьей переехал в Израиль, работал в частных компаниях по поиску нефти, в отделении бурения израильской государственной компании по водоснабжению «Мекорот», потом некоторое время, живя в Израиле, работал в Казахстане, а с 1999 года я живу и работаю в Хьюстоне. Но, разумеется, связи с Израилем сохранялись.
Несколько лет назад мне стало известно, что в Израиле поменялись законы, регулирующие ведение морской разведки нефти и газа. Раньше любой инвестор мог собрать деньги, нанять специалистов – и начать бурить. По новым правилам для того, чтобы компания или группа компаний получили лицензию на разведку нефти в море, у них должен быть профессиональный оператор, удовлетворяющий определенным условиям, в частности, имеющий опыт работы на определенных морских глубинах и освоения проектов стоимостью свыше 150 млн долларов.
К этому времени я уже работал главой представительства Caspian Drilling Company в США, и не без моей подачи руководство компании решило заявить о себе на израильском рынке. Хотя, безусловно, главная роль в этой инициативе принадлежала директору нашей компании господину Фариду Ахундову.

- То есть, можно сказать, что ваше своеобразное возвращение в Азербайджан произошло еще до того, как Caspian Drilling начала работать в Израиле?

- Больше того, я в какой-то степени вернулся на работу в ту же компанию, в которой начинал работать после окончания института. Дело в том, что Caspian Drilling выросла как раз на базе того самого Управления разведочного бурения, о котором я говорил в начале нашего разговора. Поначалу Caspian Drilling была совместным предприятием Азербайджанской Государственной нефтяной компании SOCAR и компании Santa Fe. Затем около 93% акций Caspian Drilling перешли в руки SOCAR. В 2010 году, вскоре после открытия первых израильских газовых месторождений, и было принято решение о вхождении Caspian Drilling на израильский рынок и о том, что она будет заниматься здесь поисками нефти. Безусловно, это решение было согласовано с руководством SOCAR. Немалую роль в его принятии сыграл тот факт, что сегодня у Азербайджана с Израилем необычайно дружеские отношения и, по разным данным, SOCAR сегодня покрывает от 40 до 60% потребности Израиля в нефти, да и Израиль активно развивает торговые связи с Азербайджаном. Долевое участие Caspian Drilling в этом проекте составляет 10%.

- Насколько рискованным было это решение с экономической точки зрения?

- До сих пор сколько-нибудь крупное месторождение нефти у берегов Израиля пока не найдено, и мы как раз и занимаемся его поисками. На лицензионном блоке в районе города Ашдода, где мы сейчас работаем, около 20 лет назад компания, возглавляемая в то время Армандом Хаммером «Оксидентал петролеум», вела бурение скважины. Они нашли там нефть, но они не смогли нормально протестировать скважину, чтобы определить, идет ли речь о коммерческих запасах. Они получили приток нефти до 800 баррелей в сутки, но не смогли довести тестирование скважины до конца, так как столкнулись с высоким пластовым давлением и высокими температурами, и их оборудование оказалось не готово к таким техническим трудностям, а также с определенными организационными проблемами. Но у Caspian Drilling есть оборудование и опыт работы с такими высокими температурами и давлением, потому мы решили взяться за этот проект, чтобы выяснить является ли данное месторождение коммерческим или нет.

- То есть вы, по сути дела, являетесь подрядчиком, исполнителем работ?

- Правильнее сказать их руководителями. Право на проведение нефтеразведки и бурение скважины получила израильская компания Shemen Oil and Gas Resources после подписания с нами соглашения о сотрудничестве. К тому времени мы уже были признаны Министерством энергетики Израиля (тогда оно еще называлось Министерством инфраструктуры) официальным оператором, обладающим достаточным опытом и квалификацией для организации и проведения нефтеразведочных работ. Уже потом мы провели конкурсы на осуществление тех или иных видов сервисных работ, но при этом в любом случае остаемся их руководителями и супервайзерами. Азербайджанские специалисты работают и в нашем офисе и на буровой, и на базе снабжения в Ашдодском порту, руководя и следя за всем реализации проекта на всех его этапах.

- Они не только работают, но и живут в Израиле?

- Как принято в мире нефтеразведки, у них сменный график: четыре недели они проводят в море или в офисе, и четыре недели – дома. Хотелось бы отметить, что речь идет о специалистах высочайшего класса, имеющих опыт работы в лучших нефтяных компаниях мира.

- На какой стадии находятся сейчас эти работы?

- На финальной. Мы закончили бурение, дойдя до глубины в 5700 метров, провели геофизические исследования в скважине и готовимся к опробованию скважины. Все наши данные свидетельствуют о том, что имеется высокая вероятность, что в данном районе есть нефть. Сколько именно – сказать пока невозможно.

- А когда будет возможно?

- После того, как проведем опробование скважины, получим какие-то данные по дебетам, по качеству полученной жидкости, мы сможем ориентировочно говорить, сколько там нефти, какая это нефть.
Думаю, опробование скважины мы закончим до конца октября, и еще месяц-полтора займет обработка этих данных. По данным сейсморазведки и ряду других показателей, полученных 20 лет назад, запасы этого месторождения составляет порядка 120 млн баррелей нефти.

- Есть еще какие-то проекты в Израиле, в которых участвует Caspian Drilling?

- Да, конечно. Мы принимаем участие и в лицензии «Оз» - поисках газа примерно в 60-70 км от израильского берега, но уже в северной части страны – примерно напротив Нетании. Здесь наше долевое участие составляет 5%. Но в этом проекте все пока находится на начальной стадии, совсем недавно проведена сейсморазведка, ведется ее обработка и интерпретация, и пока неясно, дойдет ли там дело до бурения или нет.

- И последний вопрос: как чувствуют себя азербайджанские специалисты, работающие в Израиле?

- Замечательно. Как дома. Видимо, сказывается определенная схожесть ментальности обеих стран и народов. Некоторые из них буквально влюблены в Израиль. Приведу только один пример. В дни антитеррористической операции «Облачный столп», когда на Израиль и, в том числе на Ашдод, где находится наша база, падали ракеты из Газы, ни один азербайджанец не захотел покинуть страну. Все продолжали работать, как обычно, считая, что они должны разделить судьбу Израиля и израильтян. Согласитесь, это говорит о многом.

18795 просмотров







Не показывать мне больше это
Подпишитесь на наши страницы в социальных сетях, чтобы не пропустить самое интересное!