К чему приведут студенческие протесты в Иране?

Что происходит в Иране?

На территории Политехнического университета Исфахана сегодня подняли флаг, которого официальный Иран не видел уже 47 лет, — лев и солнце на красно-бело-зеленом полотнище, символ свергнутой династии Пехлеви. Студенты скандировали:

Да здравствует шах!

В Тегеранском университете Шариф будущие инженеры и программисты выстроились в живой коридор, взявшись за руки, и под те же лозунги бросали вызов охране.

В Мешхеде и Бехешти лозунги звучат жестче: «Свобода!» и «Это последняя битва — Пехлеви вернется!». Агрессивнее всех — тройное проклятие: «Смерть мулле, леваку и моджахедам!», направленное сразу против духовного лидера, левых сил и исламистских радикалов.

Протесты, начавшиеся три дня назад как локальные студенческие сходки, расползаются по стране, захватывая все новые кампусы. Власти оказались перед дилеммой: с одной стороны, любое жесткое действие на глазах у студентов грозит взорвать ситуацию, с другой — бездействие выглядит как слабость.

Между правом на протест и борьбой с «хаосом»

Позиция Тегерана, озвученная сегодня, оказалась на удивление дифференцированной. Генпрокурор страны потребовал от полиции и сил безопасности «решительных мер» против зачинщиков, подчеркнув, что «неприкосновенность научных центров не должна быть нарушена». То есть, силовики должны быть готовы зачищать кампусы, но максимально аккуратно.

Министр науки Симаи Сараф, выйдя к журналистам после заседания правительства заявил:

Мы признаем право на протест и приветствуем его, но необходимо разделять протест и хаос. Университет — совесть общества, и ни один профессор или студент не станет сочувствовать подстрекателям

Сараф сослался на мнение академического сообщества:

В эти дни ко мне обращаются многие преподаватели, которые жалуются, что действия кучки студентов срывают учебный процесс

Этим заявлением власти пытаются расколоть монолитность протеста, противопоставив радикальной молодежи «ответственное большинство», желающее учиться.

Университеты уже начали действовать: Шариф и Бехешти разослали уведомления о временном отстранении участников акций и запрете на вход в кампус до решения дисциплинарных комитетов. Студентам дают понять: даже если вас не арестует полиция, вы можете лишиться самого главного — права на образование и будущего диплома.

Львы, «Басидж» и проклятие троим

Нынешние выступления в Иране — это не просто крик о помощи или требование экономических реформ. Это идеологический демарш. Возвращение шахской символики и прямые призывы к реставрации монархии говорят о том, что наиболее радикальная часть студентов разочарована не просто отдельными политиками, а самой сущностью Исламской Республики.

Лозунг «Смерть троим» — отдельный маркер. В нем смешались ненависть к высшему руководству (мулле), левым силам (леваку), которые десятилетиями были союзниками властей, и моджахедам, представляющим вооруженную оппозицию. Это свидетельствует о полной дезориентации и отрицании любого традиционного политического лагеря.

Однако столкновения с активистами «Басиджа» — добровольческой милиции, верной ИРИ, — показывают, что общество расколото даже внутри университетских стен. Протесты наталкиваются на организованное сопротивление тех студентов, для которых сохранение текущей системы остается ценностью.

Эксперты спорят, считать ли эти волнения прямым продолжением протестов 2022 года, вызванных смертью Махсы Амини. Тогда лозунги были сфокусированы на женщинах и хиджабе. Сейчас повестка сместилась в сторону откровенно политического максимализма — требования смены государственного строя.

Что дальше? 

Ближайшие дни станут решающими. Пока протесты не вышли за пределы университетов, но история показывает, что искра из кампуса способна зажечь и городские кварталы. Власти делают ставку на изоляцию бунтарей: жесткие меры против лидеров, отчисления, давление на семьи. Для многих студентов перспектива быть отчисленными и потерять шанс на карьеру — куда более сильный сдерживающий фактор, чем дубинки полиции.

Однако если хотя бы один случай жесткого разгона приведет к кровопролитию, ситуация может выйти из-под контроля. Пока же мы видим хрупкое равновесие: улица кричит «Да здравствует шах!», а власть отвечает дисциплинарными комитетами и призывами не путать протест с хаосом.

Иран снова оказался в точке выбора между подавлением и диалогом. И судя по радикализации лозунгов, диалог для части молодежи уже невозможен в принципе. Они хотят не реформ, а смены декораций. Вопрос в том, готово ли остальное общество последовать за ними. Пока же протесты остаются уделом смельчаков на кампусах, а остальные — включая часть студентов и преподавателей — предпочитают наблюдать за происходящим из безопасных аудиторий.