Михаил Погребинский: "Зеленский сделал все, чтобы потерять Донбасс"

Михаил Погребинский: "Зеленский сделал все, чтобы потерять Донбасс"

После переговоров президентов России и США Владимира Путина и Джозефа Байдена накал страстей вокруг Донбасса начал снижаться. Украина заявила о желании решать проблему дипломатическим путем. Россия завершила военные учения в Крыму. Насколько Киев был реально готов к военной кампании, состоится ли встреча Путина и украинского лидера Владимира Зеленского, политический обозреватель "Вестника Кавказа" Камран Гасанов спросил у украинского политолога Михаила Погребинского.

– Михаил Борисович, как вы считаете, был ли у Киева или Вашингтона план военного решения конфликта? Собирались ли они реально воевать?

– Трудно сказать, что было действительно. У нас распределенная система принятия решений, произвольная интерпретация в голове у президента, в Генштабе и Минобороны. Они имеют свою точку зрения, добровольческие отряды – другую, Госдеп – третью. Аргументы о том, что Киев готовился к войне, легко найти. В середине марта в соцсетях появились (видео – прим. ред.) эшелонов с танками, которые шли к линии противостояния. Но я никогда всерьез не верил в наступление, поскольку руководство России заявляло о том, что в случае нападения Россия примет участие в ответе. Я не думаю, что (руководство Украины – прим. ред.) принимало решение. Те, кто принимают решение, должны были всерьез бояться такого развития.

Реакция России и подвод войск к границе были не столько потому, что в Москве верили в наступление, сколько из-за того, что Россия решила покончить с этой тягомотиной, когда в Киеве сначала говорят о признании Минских соглашений, потом их отвергают. Было принято решение показать, каким образом все это может кончиться. Сил (России – прим. ред.), переброшенных к границе, вполне было достаточно для принуждения Украины к миру. Я думаю, это сработало. Реакция Киева о том, что "мы не хотим провокации, а готовы на дипломатию", была истерическая. Многочисленные обращения к НАТО, Госдепу, ЕС, Макрону – по-украински звучит "ретуйте", "на нас нападет Путин, одна надежда на вас" – все это выглядело как охлаждение мозгов у наших горячих голов. Шойгу говорил, что через две недели проверка закончится. Она свою задачу выполнила. Угроза наступления Киева на Донбасс в краткосрочной перспективе обнулена, но решения проблемы нет. И этот груз лежит на Кремле.

– Давайте поговорим о дипломатическом решении конфликта. Примерно две недели назад Зеленский сказал, что Минск больше не может быть площадкой для переговоров, потому что Белоруссия находится в зависимости от России. Как думаете, где могут состояться переговоры между Путиным и Зеленским, если они пройдут?

– Я не вижу перспектив встречи Путина с Зеленским. Как опытный человек, Путин сформулировал как бы ответ на бредовое предложение Зеленского встретиться на украинском Донбассе. Я не исключаю встречи на уровне четверки (Меркель, Путин, Макрон и Зеленский – прим. ред.), но если Зеленский сделает шаги по реализации обязательств, которые он взял в Париже в декабре 2019 года. Что касается переноса, какая разница, где встречаться, если встреча возможна? Кто-то из участников ток-шоу предложил перенести переговоры из Минска в Москву – думаю, это реально. Я более оригинального предложить не могу. Финляндия? Но туда не поедут представители Донбасса. Мне кажется, сейчас все движется к потере Украиной Донбасса.

– Российское руководство не раз говорило, что Киеву следует общаться с ДНР и ЛНР напрямую. Что мешает Зеленскому и его администрации это сделать?

– Мешает сама концепция противостояния. Руководство Украины не приемлет вариант интерпретации происходящего как внутриукраинского события. Это меняет отношение к нему в кругу друзей Украины. Они вводят санкции против России, потому что "Россия – агрессор". Но если Зеленский или глава МИД напрямую будут встречаться с людьми на той стороне, это будет означать конфликт украинцев с украинцами. Но это неприемлемо не столько для Киева, сколько для образа происходящего в глазах Запада, который поддерживает Украину, потому что она противостоит "злой и страшной России". Если Европа говорит, что это гражданская война, то они дают пас Путину, то есть они выступают на его стороне.

– В недавнем интервью украинский журналист Дмитрий Гордон перечислил четыре пути возврата Крыма и Донбасса в состав Украины. Три из них – развал России, война и санкции США – он считает маловероятными или неэффективными. По его мнению, оптимальный вариант – сделать Украину экономически привлекательной, чтобы ДНР и ЛНР захотели вернуться в ее состав. Что вы думаете об этом?

– Комментировать слова Гордона я бы не хотел, он виляет при каждой власти, дружил со всеми президентами. Моя позиция такая – я хотел бы, чтобы Крым был частью Украины, в которой уважаются права, в том числе, и русскоговорящих. Я люблю Крым, но я не вижу перспектив возврата Крыма в кратко- и среднесрочной перспективе в состав Украины. Разве что он может быть и нашим, и вашим, но никакой президент России не пойдет на юридически обязывающую передачу Крыма. Хотя вариант особых отношений Украины и Крыма, когда Украина возвращает Крыму воду и получает льготный режим для инвестиций в Крыму, реален. Такое возможно, но при другом отношении к России и русским людям.

– А возвращение Донбасса?...

– С Донбассом дела хуже. Я не любитель давать далекоидущие прогнозы. Я думаю, Донбасс гораздо ближе к России, чем возврату к Украине. Украинское руководство и при Зеленском сделало все, чтобы потерять Донбасс. На Донбассе живут люди, которые хорошо относятся к России и плохо относятся к НАТО. А в украинской власти сидят люди, которые хотят быть частью Запада, НАТО, ЕС. Даже если не получается (вступить в НАТО – прим. ред.), сохранить такую перспективу они хотели бы. Поэтому возврат Донбасса создал бы на этом пути целый ряд проблем.

16640 просмотров







Популярные

Не показывать мне больше это
Подпишитесь на наши страницы в социальных сетях, чтобы не пропустить самое интересное!