Чего ждать от нового раунда ядерных переговоров США и Ирана в Женеве?

Новый раунд непрямых переговоров между США и Ираном по урегулированию ядерного досье Тегерана назначен на 26 февраля. Информацию уже подтвердил глава МИД Омана Бадр аль-Бусаиди, который выступает посредником. Состав участников не поменялся и включает иранского министра иностранных дел Аббаса Аракчи, спецпосланника президента США Стивена Уиткоффа и зятя президента США Джареда Кушнера. Также возможен визит в Женеву главы МАГАТЭ Рафаэля Гросси.

Несмотря на продолжение дипломатических контактов, атмосфера вокруг Женевы накалена: Вашингтон требует детального предложения от Тегерана в течение 48 часов, а Дональд Трамп после первой встречи Совета мира дал Ирану 10–15 дней на прогресс, иначе с ним произойдут "плохие вещи".

Предыдущие раунды, завершившиеся 17 февраля, конкретных результатов не принесли. При этом оманский министр  иностранных дел отметил "хороший прогресс", поскольку стороны договорились о "руководящих принципах" и начали обмен черновиками проекта соглашения. Иранский президент Масуд Пезешкиан назвал переговоры прошлой недели "обнадеживающими сигналами", подчеркнув приверженность Тегерана миру в регионе.

Однако официальные СМИ в Иране обвинили американцев в "дипломатии на полставки". Они считают, что визит Уиткоффа и Кушнера, покинувших Женеву через несколько часов ради других встреч, свидетельствует о несерьезности подхода. Аналитик Реза Насри, близкий к МИД ИРИ, в соцсетях сравнил отношение Уиткоффа и Кушнера к диалогу в Женеве с "фастфудом в дипломатии".

Позиции сторон: компромисс или тупик?

США настаивают на "нулевом обогащении" урана Ираном – ключевом условии для снятия санкций. Вашингтон готов обсуждать ограниченное обогащение, если Тегеран докажет мирный характер программы и допустит жесткий контроль МАГАТЭ. Кроме того, Белый дом хочет затронуть баллистические ракеты и региональное влияние Ирана, связанное с так называемой "Осью сопротивления". По данным источников, близких к переговорам, американцы ожидают от Ирана комплексного предложения к 25 февраля, которое станет основой для детального разбора.

Тегеран, напротив, настаивает на фокусе исключительно на ядерной теме. Аракчи подчеркивает право на "мирное обогащение для энергетики" под надзором МАГАТЭ. Иран требует ощутимого смягчения санкций, включая разблокировку замороженных активов и снятие ограничений на нефть. Верховный лидер Али Хаменеи вновь призвал к сопротивлению давлению, а Корпус стражей исламской революции провел учения в Персидском заливе как предупреждение о готовности перекрыть Ормузским пролив.

Разногласия между Ираном и США по ядерной программе касаются уровня обогащения. Иран уже достиг 60%, что близко к созданию ОМУ. Другие спорные вопросы - механизмы верификации. Кто будет контролировать уровень обогащения? Будут ли это наблюдатели МАГАТЭ, американские специалисты, или группа стран, включая, например, Россию? И как быть с высокообогащенным материалом, из которого уже можно создать 12 ядерных бомб? WSJ ранее сообщал якобы о готовности Ирана передать его России.

Ну и забегая вперед, на что ссылаются иранские аналитики, у Тегерана нет уверенности, что достижение соглашения приведет к исполнению условий со стороны США. Однажды иранцы такое проходили, когда в 2015 году заключили СВПД, но Трамп его разорвал в 2018 году.

Военно-политический фон

Переговоры проходят на фоне милитаризации региона. За последнюю неделю на Ближний Восток переброшено 50 истребителей, две авианосные группы, 12 других боевых кораблей и десятки самолетов ДРЛО, транспортников и дозаправщиков. Группировка США может осуществлять 800 боевых вылетов в сутки. Трамп предупредил: дипломатическое окно сужается. Иран отвечает на это готовностью к "любому сценарию", укрепляя оборону.

Рынки реагируют нервно: цены на нефть Brent упали более чем на 1% после заявлений Аракчи, риал ослаб на 1,2%, до 1,63 млн за доллар.

Внутренняя политика добавляет напряжения. В Иране студенческие протесты и недовольство экономикой усиливают давление на переговорщиков. В США республиканцы требуют жесткости, демократы – осторожности. Оман и МАГАТЭ играют роль стабилизаторов: Гросси недавно обсудил с Аракчи "рамочную структуру".

В сухом остатке

Судя по текущим раскладам и настроям, прорыв в Женеве маловероятен. Тегеран представит черновик, но без уступок по "красным линиям" - баллистике, прокси и праву развивать ядерную программу. США рассчитывают на свою военную армаду и будут добиваться от Ирана прекращения обогащения урана. Если Трамп поверит, что авианосные группы - сильный аргумент, чтобы склонить Иран к уступкам, а протесты в Иране являются "ахиллесовой пятой" режима, президент США может принять ложное решение и перегнуть палку в Женеве.

Как ранее давала понять иранская сторона, для нее чрезмерные уступки опаснее войны, ибо они подтачивают легитимность режима и суверенитет Ирана. Понимают ли эту логику эмиссары Белого дома - вопрос, который пока остается открытым.