Кто такие ушкуйники: новгородские пираты или будущие казаки?

Первые упоминания о походах новгородских ватаг на дальние рубежи относятся к 1180-м годам, когда они полностью сожгли древнюю столицу Швеции – Сигтуну. Отряды новгородцев совершали походы на морских или речных лодках вместимостью до 30 человек (большое сходство с историей походов древних викингов), а название – «ушкуйники», вероятнее всего, произошло от вепского слова - uškoi̯ - гребная лодка. Небольшие лодки было удобно перетаскивать волоком между соседними речными артериями.

Новгородские власти были осведомлены о целях «путешествий» местных молодцев, но закрывали глаза на акции подобного рода. «Чем бы молодцы не тешились», главное, чтобы в самом городе было спокойно. Такая схема была вполне рабочей до середины XV столетия, когда московские князья приступили к наведению порядка на территории нового государства.

В русских летописях рисуется сугубо отрицательный образ ушкуйников (сам термин закрепляется только в XIV столетии). Зато новгородские литературные памятники описывали типаж «благородных разбойников», мужественных, бесстрашных молодцов. Классическим примером такого образа стал легендарный богатырь Василий Буслаев.

За три столетия география походов ушкуйников существенно расширилась. Из разрозненных отрядов постепенно формируется сильное войско, которое в 1320-1380-х годах совершило целый ряд опустошительных походов на Нижний Новгород, Каму, Ярославль, Кострому, Волжскую Болгарию. Отдельные отряды новгородцев доходили до Урала и Западной Сибири. Московские князья, набиравшие силу в противостоянии с Золотой Ордой, требовали от новгородских властей принять решительные меры по прекращению подобных безобразий. В значительной степени это недовольство объяснялось тем, что и движение Москвы на восток и юг происходило в том же временном отрезке.

В середине 1360-х годов новгородцы Осип Варфоломеевич, Василий Федорович и Александр Абакунович самочинно захватили торговые караваны между Нижним Новгородом и Казанью. Хан Золотой Орды потребовал от Дмитрия Ивановича московского навести порядок и обеспечить безопасность купеческих судов. На что новгородские власти ответили в привычном стиле:

Ходили люди молодые на Волгу без нашего слова, но гостей твоих не грабили, били только басурман

Некоторые базы новгородских ушкуйников со временем превратились в опорные пункты русского движения на восток и юг. В качестве примера можно привести город Хлынов (Вятка), который на некоторое время стал настоящей столицей ушкуйников. На южном направлении отдельные отряды «людей молодых» доходили до Астрахани, кавказских предгорий и даже столицы Золотой Орды.

1. Согласно «легендарной версии» формирования терского казачества, «совершая походы на ладьях, также называемых ушкуями, через Хвалынское (Каспийское) море, вольные дружины, проникали в устье Терека и поднимались вверх по реке. Случалось, что они вступали в борьбу с местными жителями, но чаще в набегах захватывали женщин — горянок, женились на них и селились по берегам Терека, сплоченным коллективами. Находясь в тесном контакте с давними союзниками – пятигорскими черкесами, ушкуйники расселялись у гребней, при впадении Аргуна в Сунжу». Эту версию особенно активно продвигали русские историки конца XIX - начала ХХ столетия. Это только одна из возможных версий. Источников, позволяющих подтвердить эту историческую гипотезу, практически не существует. Хотя среди исторических регалий Терского казачьего войска присутствует медведь (символ Новгорода).
2. Есть мнение, что первыми казаками на Тереке были переселенцы с Дона и Волги, которые заселяют эту территорию уже после взятия русскими Казани и Астрахани во второй половине XVI века. Тогда можно предположить, что т.н. гребенские казаки (место изначального расселения - предгорья на востоке Большого Кавказа – Северный Дагестан) произошли от донских казаков.
3. Наконец, еще одна версия, назовем ее комбинированной - терские казаки – это потомки ватаги рязанских казаков из Червленого Яра и присоединившиеся к ним новгородских ушкуйников, покинувших пределы Рязанского княжества в 1520 или 1521-м году. Примечательно, что хронология этого события опять-таки совпадает с моментом включения рязанской земли в состав Московского государства.

В любом случае новгородским ватагам с середины XV столетия стоило серьезно задуматься о смене локаций. Иван III не собирался терпеть своеволие «разбойных людей» и занялся наведением порядка в самых жестких формах. Большая часть баз ушкуйников, прежде всего, Хлынов (Вятка), были ликвидированы. В этой ситуации охотникам до вольной жизни нужно было уходить на самые окраины. Поэтому хронология движения будущего казачества в предгорья Большого Кавказа вполне совпадает с процессом усиления Москвы.

Русское население в этом регионе быстро адаптировалось к новым условиям. Судя по всему, контакт с местным населением был выстроен на мирных началах. В 1555 году в Москву отправилось посольство кабардинских князей. Якобы с этим посольством в Москву прибыла и «станица» гребенских казаков, которым царь пожаловал «рекою вольною Тереком, от самого гребня до синя моря Каспицкого». Но это сообщение многими историками оспаривается как легендарное.

Достоверно известно, что в 1567 году казаками было основано укрепление Терки, которое становится опорным пунктом русского влияния в регионе. Точное местоположение Терков не установлено, вероятно, что укрепление переносилось несколько раз. Cтаршинство Терского казачьего войска установлено с 1577 года, когда произошло образование Кизляро-Гребенского полка. В этот год Лукьян Новосильцев — астраханский воевода, был послан на Терек по велению царя Иоанна IV. Именно он основал укрепленный городок на реке Терек напротив устья Сунжи и снабдил его «огненным боем».