Политическая карта Ближнего Востока претерпевает значительные изменения

Политическая карта Ближнего Востока претерпевает значительные изменения

Политическая карта Ближнего Востока претерпевает значительные изменения: фундаментальные альянсы разрушаются, старые пути не востребованы, политические принципы веры подвергаются сомнению и создаются новые сценарии. Возникающие акторы, не привыкшие действовать в рамках безопасности, утверждают свое присутствие, а традиционные силы пытаются нащупать свой путь на фоне усиления проблем. Так описывает Alaraby ситуацию в регионе в статье A new Middle East?

Контуры изменений проявились в кризисе, который разразился в июне между Объединенными Арабскими Эмиратами (ОАЭ), Саудовской Аравией, Египтом и Бахрейном с одной стороны и Катаром - с другой. Кризис ознаменовал прекращение роли региональных институтов, таких как Совет сотрудничества Арабских стран Персидского залива и Лиги арабских государств, и их замену другими, менее формальными и институционализированными группировками. Вместо традиционной зависимости от Лиги арабских государств и Организации исламского сотрудничества Саудовская Аравия предпочла работать в рамках так называемого арабского альянса в Йемене и ”квартета” в региональной политике. Если подобная тенденция сохранится, что кажется вполне вероятным, давние институты власти рискуют оказаться полностью нерелевантными.

Непредвиденное политическое потепление отношений в Газе между ХАМАСом и Мохамедом Дахланом из конкурирующей организации ФАТХ,  горячо обсуждается уже в течение нескольких месяцев. Говорят, что Дахлан вернется из ссылки в ОАЭ, чтобы стать премьер-министром Газы, ХАМАС будет отвечать за безопасность, а Египет снова откроет КПП Рафах. Очевидно, что этот шаг представляет собой акт откровенного неповиновения ФАТХ палестинскому лидеру  Махмуду Аббасу, с которым Дахлан конфликтовал много лет. Если новое соглашение будет заключено при посредничестве Египта, благодаря финансовой поддержке ОАЭ и косвенной поддержке США, оно значительно изменит палестинскую политику.

Соглашение укрепит нынешнее разделение между Газой и Западным берегом, а также подорвет влияние Аббаса на палестинские политические и вооруженные группировки. Оно также подвергнет крепкие региональные альянсы радикальной реконфигурации. Новость о плане уже вызвала гнев Аббаса и напряженность в отношениях Каира с ФАТХ. Возможный результат этой сделки  - превращение осторожного сближения между ХАМАСом и Египтом в существенный альянс, что кажется немыслимым в свете антагонизма и недоверия, которые определяли их отношения на протяжении последних десятилетий. ХАМАС уже ужесточил контроль над египетской границей и организовал огромный митинг, чтобы заявить о своей поддержке египетской армии "в ее войне против терроризма”. В свою очередь, Каир, по словам политолога Мишель Данн, ”отказался от ранее предпринятых усилий по изоляции или раздавлению ХАМАСа”, палестинского ответвления его внутреннего врага, организации ”Братья-мусульмане”.

Между тем, в центре арабского мира начинается еще одна политическая буря. Решение палестинского вопроса - ”окончательная сделка”, как ее называет Дональд Трамп, или ”соглашение века” постепенно набирает обороты. В последние месяцы сделка, очевидно, получила поддержку в Вашингтоне и арабских столицах. Лидеры США и Ближнего Востока не объясняют, это краткосрочное рамочное соглашение или отдаленная долгосрочная цель.

Тем не менее сообщения в СМИ предполагают, что в планах предлагается формула для решения палестино-израильского конфликта, который затрагивает весь арабский мир, и подразумевается, что она радикально преобразит как ближневосточную политику, так и географию региона. По неподтвержденным данным, план предполагает создание палестинского государства в Газе, которое будет включать части северного Синая. Израиль в свою очередь уступит части своей территории Египту. Наступит полная нормализация отношений между Израилем и арабскими государствами, что может послужить основой для формирования израильско-суннитской арабской коалиции против Ирана. Существовавшие на протяжении долгого времени нормы арабской политики также постепенно меняются. Большинство арабских государств больше не служат идеалам панарабизма или исламизма, которые ранее считались источниками внутренней легитимности.

На протяжении десятилетий арабские режимы ратовали за единство и протестовали против тяжелого положения палестинцев и за благополучие исламской уммы. Но теперь они не прилагают никаких усилий для того, чтобы скрыть тот факт, что реальная политика, а не идеология, играет главную роль в арабской политике. Саудовская Аравия в значительной степени отказалась от своей исторической роли ″ведущей мусульманской страны″. В настоящее время она делает ставку на военную мощь, а не на мусульманскую дипломатию. Это очевидно в свете бомбардировок Эр-Риядом Йемена и предполагаемых попыток наладить связи с Израилем.

Кроме того, сегодня заговорили о возможном сближении двух ведущих держав региона - Ирана и Саудовской Аравии. Признаками возможной оттепели в отношениях стали рукопожатие между министрами иностранных дел двух стран в Стамбуле, неожиданный визит иракского шиитского клирика Муктады аль-Садра в Саудовскую Аравию и план обмена дипломатическими визитами после окончания сезона хаджа. В зыбучих песках Леванта террористическая группировка ИГИЛ (запрещена в России) теряет территорию и влияние; баланс сил склоняется в пользу сирийского режима Башара Асада, который отвоевывает территорию у повстанцев, а референдум о независимости Курдистана в Ираке намечен на 25 сентября. Последствия этих событий для международных отношений на Ближнем Востоке неясны, но победа Асада, скорее всего, вдохновит арабских автократов; курдский референдум побудит курдов-сепаратистов в Турции последовать их примеру и может спровоцировать новую гражданскую войну в Ираке за контроль над богатым нефтью городом Киркук. Тем временем ”соглашение века” положит конец 70-летнему арабо-израильскому конфликту.

Смена региональных альянсов, вероятно, приведет к изменению баланса сил в регионе, нарушит иерархию арабской государственной системы и, возможно, даже спровоцирует рождение совершенно нового регионального порядка. Но внутри стран региона существуют различия между ожиданиями арабских народов и внешней политикой их государств. Дефицит легитимности сохраняется, терпение представляет собой тонкую субстанцию, а нестабильность остается в порядке вещей. 

4200 просмотров





Популярные