Жертвы и лобби: как резолюция Европарламента по кипрским женщинам превращается в оружие против Турции

В середине июля Европарламент впервые признал женщин и девочек Кипра "жертвами преступлений, совершенных во время турецкого вторжения 1974 года", причем эти преступления прямо квалифицируются как инструмент войны, а значит, как серьезное нарушение Женевских конвенций.

Документ призывает к привлечению виновных к ответственности, признанию пережитого опыта на общеевропейском уровне, компенсациям и долгосрочной психологической и социальной поддержке пострадавших более пятидесяти лет назад людей и их семей. В тексте закрепляется тезис об "оккупации части территории Кипра" Турцией, а тема насилия увязывается с более широким политическим требованием вывода турецких войск с острова.

Вздох облегчения

Для Греции и Кипра, многие годы пытающихся не допустить сближения Анкары с Брюсселем, это вздох облегчения. Греческая евродепутат Элеонора Мелети подчеркнула, что резолюция "выполняет обязательства, взятые перед пострадавшими" после миссии комитета по правам женщин на Кипр и обеспечивает признание их опыта на уровне ЕС.

Кипрские и греческие медиа подают голосование как важный шаг к исторической справедливости, одновременно напоминая о необходимости дальнейшего давления на Анкару по вопросу вывода войск и возобновления переговоров о воссоединении острова под эгидой ООН.

Очевидно, что при помощи своего лобби в институтах ЕС власти Греции и Кипра будут и дальше использовать любые способы и поводы, чтобы добиваться от Турции вывода войск из Северного Кипра. Даже если они не смогут этого добиться, хот хотя бы еще раз заявят миру, что считают незаконным пребывание турецких сил на острове и не признают независимость северной части острова.

Позиция Анкары

МИД Турции вполне ожидаемо назвал резолюцию Европарламента ничтожной, не имеющей силы и "содержащей необоснованные и абсурдные обвинения" в адрес турецких вооруженных сил, а также "насквозь наполненной гнусной клеветой".

Анкара заявляет, что документ является очередным примером предвзятого и искаженного подхода Европейского союза и особенно Европарламента к кипрскому вопросу, сформированного "под влиянием определенных кругов". Кого под последними имеют ввиду в МИД Турции, очевидно - греческое лобби.

Анкара отдельно подчеркивает тревогу по поводу того, что европейские институты "все больше отходят от исторических реалий и принципа беспристрастности". Представители правящей Партии справедливости и развития, в частности Омер Челик, называют обвинения в адрес турецкой армии подлостью, а саму резолюцию — актом политической клеветы, не имеющим юридической основы

Почему Анкара считает решение политизированным?

С точки зрения Турции, резолюция игнорирует исторический и правовой контекст событий 1974 года. Напомним, что тогда Анкара мотивировала необходимость ввода войск защитой турко‑кипрской общины и реакцией на переворот в Никосии, поддержанный хунтой в Афинах. Европарламент фокусируется исключительно на страданиях греков‑киприотов, но не затрагивает жертвы и травмы турок‑киприотов, причем не только в ходе конфликта 1974 года, но и до него. Это в Анкаре трактуется как проявление двойных стандартов "селективной" европейской памяти.

Турецкие комментаторы и бывшие советники руководства Северного Кипра прямо называют документ "ошибочной резолюцией, направленной против кипрских турок и Турции" и подчеркивают отсутствие у него юридической силы. В турецком дискурсе решение Европарламента воспринимается как инструмент давления на Анкару в более широком пакете вопросов — от статуса ТРСК до переговоров по членству Турции в ЕС и энергетической архитектуре Восточного Средиземноморья.

Резолюция была подготовлена депутатом от греческой партии "Новая демократия" и опирается на политический нарратив Афин и Никосии о "турецком вторжении и оккупации", тогда как турецкая сторона настаивает на статусе миротворческой операции.

Очевидно, что цель резолюции далеко не в том, чтобы восстановить "историческую справедливость". Она нужна, чтобы найти удобный аргумент для манипуляции отношениями ЕС и Турции, а также чтобы переложить на нынешнее правительство Турции ответственность за события полувековой давности на Кипре, в которой участвовало сразу несколько сторон.

Однобокость документа очевидна, ведь он умалчивает об этнических чистках против турок на Кипре до вмешательства Турции. Стоит также напомнить, что решение Анкары о вводе войск было основано на Гарантийном договоре 1960 года (подписан Кипром, Грецией, Турцией и Великобританией), запрещавшем присоединение Кипра к Греции, и преследовало только одну миротворческую цель - предотвратить дальнейшие насильственные действия против турок-киприотов.

Геополитика Восточного Средиземноморья

В последние годы отношения Турции и Греции вновь обострились. Греция вместе с Кипром вступила в военный альянс с Израилем, с которым у Анкары противоречия в Сирии и Палестине. Израиль разворачивает военную инфраструктуру на острове и вооружает Афины. Грекам и киприотам не нравится, что Турция ведет геологоразведку газа у Кипра и препятствует прокладке газопровода Easmed из Израиля в Европу через кипрские воды. Помимо Кипра у Анкары и Афин есть еще одна точка разлома - острова в Эгейском море в непосредственной близости от турецкой земли, которые Греция активно милитаризует в обход международных норм.

У греко-израильского альянса есть союзники в Европе. Это, с одной стороны, Франция, с другой - некоторые структуры и чиновники в Брюсселе. Наиболее активно антитурецкое лобби в Европараленте и Еврокомиссии. За последние годы Европарламент принял ряд антитурецких резолюций, включая требование вывода войск из северной части Кипра, критику демократии в Турции и турецких военных операций в Сирии и Ираке, а также в связи с геологоразведкой в Восточном Средиземноморье.

Ввиду того, что ЕС нуждается в Турции в качестве транзитного пункта для обеспечения энергопоставок с Ближнего Востока и Каспия, а также старается вовлечь ее в свою новую систему безопасности без участия США, шансов у греков ухудшить отношения Анкары и Брюсселя минимальны. При этом благодаря работе греческого лобби продвигать торговые и инвестиционные проекты, не говоря о вопросе членства Турции в ЕС, будет крайне сложно.