Лечится ли лихорадка Эбола

Читать на сайте Вестник Кавказа

По последним данным Всемирной организации здравоохранения, с февраля 2014 года в Гвинее, Либерии и Сьерра-Леоне зафиксировано 1093 случая заражения, из которых 660 привели к смерти людей. Этот вирус был выделен врачами еще в 1976 году в Заире в районе реки Эболы. Но сейчас болезнь уже передалась из Африки на другие континенты. Сначала думали, что вирусом человечество наградили обезьяны, но выяснилось, что хозяева вирус - плотоядные рукокрылые, то есть летучие мыши-хищники, которых местные жители едят.

«Лихорадка Эбола к карантинным заболеваниям не относится, как это ни странно. Она относится к особо опасным заболеваниям, которые распространяется на охранно-санитарные территории. Могут сейчас ввести карантин, но это будет разовый, а не законодательно закрепленный акт», - говорит доктор медицинских наук, профессор, заслуженный врач России Владимир Никифоров.

Говоря о клинической картине лихорадки, Никифоров отметил, что инкубационный период не превышает трех недель: «Клинического лица у этого заболевания нет. Начало острое - подъем температуры, недомогание. А дальше симптомы интоксикации, боли в суставах. Характерно, что на первый-второй-третий-четвертый день появляются расстройства кишечника, то есть рвота, понос. Где-то в конце первой недели появляется геморрагический синдром, который собственно приводит больного к летальному исходу».

По данным профессора, «африканская ситуация такова, что там, где лихорадка сейчас развертывается, не очень любят врачей. Там главенствуют шаманы, они лечат своими собственными методами, вплоть до запрещения обращения к европейским врачам, вплоть до нападения на врачей, которые приехали им помогать. Если уж больные попадают в врачам, то уже крайне тяжелые. Да и африканские клиники далеко не так оснащены, как хотелось бы. Поэтому говорить, что это заболевание совершенно не лечится, в корне не верно. На самом деле, летальность сейчас, по последним цифрам, получается около 55%».

Никифоров признал, что «против лихорадки Эбола узко направленного специфического препарата нет, но мы имеем огромное количество опосредованной патогенетической терапии и противовирусные препараты, может быть, не прямого действия на этот вирус, но на эту группу. Поэтому при грамотном, адекватном применении вполне возможен нормальный исход».