Что мешает Ирану вступить в ШОС

Что мешает Ирану вступить в ШОС

XX саммит Совета глав государств Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) под председательством Российской Федерации прошел в онлайн-формате 10 ноября, когда лидеры России, Китая, Казахстана, Киргизии, Таджикистана, Узбекистана, Индии и Пакистана обсуждали меры по укреплению сотрудничества после пандемии COVID-19.

The Jamestown Foundation отмечает, что на саммите также присутствовал президент Ирана Хасан Рухани. Иран получил статус наблюдателя в июне 2005 года, подал заявку на полноправное членство в 2008 году, а затем в 2010 году, но оба раза безуспешно. В своем выступлении перед главами других региональных государств Рухани затронул ничего не сказал по поводу перспективы повышения статуса Ирана в ШОС с наблюдателя до постоянного члена. Иранское правительство не надеется на присоединение в ближайшее время, и все же твердо намерено продолжать участвовать в делах организации даже в качестве периферийного партнера.

Тегеран воспринимает ШОС как клуб государств, который противостоит Соединенным Штатам, продвигая многополярность в международной системе. По мнению иранцев, полноправное членство в этом евразийском блоке могло бы помочь Исламской Республике уравновесить отношения с США и справиться с последствиями дальнейших санкций и военных угроз со стороны Вашингтона. Действительно, на двустороннем уровне Иран поддерживает тесные отношения как с Россией, так и с Китаем, которые играют ведущую роль в ШОС. Иран всегда считал, что его присоединение к группе это всего лишь вопрос времени. Когда президент Рухани вступил в должность 14 июня 2013 года, казалось, что предыдущие препятствия (особенно санкции Организации Объединенных Наций) на пути к полноправному членству Ирана в ШОС были устранены. Но, несмотря на выраженную поддержку со стороны некоторых членов организации, включая Россию, Казахстан, Кыргызстан и Узбекистан (под руководством Шавката Мирзиеева), повышение статуса Тегерана в ШОС продолжало сталкиваться с серьезными препятствиями.

Во-первых, на данный вопрос негативно повлияла напряженность в отношениях между Ираном и Таджикистаном. Двусторонние отношения между двумя странами серьезно обострились в декабре 2015 года, когда Иран официально пригласил Мухиддина Кабирова, лидера Партии исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ), принять участие в Международной конференции исламского единства в Тегеране. Правительство Душанбе полностью запретило ПИВТ несколькими месяцами ранее, обвинив оппозиционную политическую группу в причастности к неудавшемуся перевороту. С тех пор Таджикистан (пока безуспешно) пытался добавить ПИВТ в список признанных экстремистских и террористических организаций как в ШОС, так и в возглавляемой Россией Организации Договора о коллективной безопасности (членом которой является Таджикистан). Душанбе опасается, что любое изменение статуса Тегерана в ШОС может заблокировать его инициативу в отношении ПИВТ. Важно отметить, что система голосования в ШОС основана на консенсусе: даже такая маленькая страна, как Таджикистан, может в одностороннем порядке помешать вступлению новых кандидатов.

Вторым негативным фактором стало возобновление напряженности между Ираном и США. Принятие администрацией Дональда Трампа ”политики максимального давления” в отношении Ирана резко обострило существовавшую напряженность по оси Тегеран-Вашингтон, что косвенно повлияло на перспективы членства Ирана в ШОС. Когда односторонние санкции США заменили санкции ООН против Ирана, многие члены ШОС опасались, что новая конфронтация между Ираном и США распространится на их регион. Хотя американо-российские и американо-китайские отношения тоже весьма напряженные, и, по-видимому, Москва (и, возможно, также Пекин) хочет показать Вашингтону, что их и их международных партнеров / союзников не так просто изолировать, эта позиция явно никогда не принималась всеми членами ШОС. Региональная организация в течение последних двух десятилетий проводила ”политику, ориентированную на внутренние дела” и не проявляла практической готовности противостоять США или Организации Североатлантического договора (НАТО).

ШОС утвердила две процедуры предоставления членства новым государствам в Ташкенте (2010 г.) и Душанбе (2014 г.), препятствующие вступлению любой стране-заявителю, в настоящее время находящейся под санкциями Совета Безопасности ООН. Повторно примененные в последние годы односторонние санкции США, особенно в отношении банковской системы Ирана, вероятно, возымели тот же эффект и помешали Исламской Республике расширить экономические и торговые отношения с другими членами ШОС.

Третьим основным препятствием для членства Ирана в организации была неоднозначная позиция Китая. В отличие от Москвы, Пекин не говорит напрямую о том, поддерживает ли он полноправное членство Тегерана в ШОС. Принятие Ирана в качестве полноправного члена влечет за собой определенные последствия для дипломатических отношений Пекина во всем мире, к которым он не готов. Вместо этого Китай, возможно, хочет дождаться лучших времен, когда закончатся санкции США и саудовско-иранские отношения перейдут в более позитивную плоскость. 24 июня 2020 года правительства Тегерана и Пекина подписали проект соглашения, в котором излагаются основы ”25-летней программы сотрудничества между Ираном и Китаем”. И хотя в совместном заявлении лидеров государств по этому проекту соглашения подчеркивается,  что Китай ”поддерживает заявку Ирана на полноправное членство в Организации”, неясно, что именно говорится (если говорится вообще) в 18-страничном документе о вступлении в ШОС.

В целом Ирану предстоит проделать непростой путь для вступления в евразийский блок, состоящий из восьми членов. Деэскалация напряженности между Ираном и США при следующей администрации и, по крайней мере, частичная отмена односторонних американских санкций могут облегчить усилия Тегерана по присоединению к ШОС, если это также будет сопровождаться улучшением двусторонних отношений между Ираном и Таджикистаном. Если Ирану удастся изменить свой статус с наблюдателя на полноправного члена, это станет первым успехом Исламской Республики в присоединении к региональному блоку коллективной безопасности после выхода Тегерана из Организации Центрального договора (СЕНТО) в 1979 году. В свою очередь, присоединение Ирана эффективно расширит географическое влияние ШОС от Евразии до Ближнего Востока.

9350 просмотров




Вестник Кавказа

в YouTube

Подписаться



Популярные

Не показывать мне больше это
Подпишитесь на наши страницы в социальных сетях, чтобы не пропустить самое интересное!