Баграт Асатрян: "Нагорно-карабахский конфликт – это препятствие для развития Армении"

Баграт Асатрян: "Нагорно-карабахский конфликт – это препятствие для развития Армении"

Близится годовщина начала в Армении "бархатной революции", в ходе которой оппозиционеру Николу Пашиняну и его единомышленникам удалось организовать массовые протесты граждан против самоназначения экс-президента Сержа Саргсяна премьер-министром республики и вынудить Саргсяна подать в отставку, открыв тем самым Пашиняну путь к вершине власти в стране. "Вестник Кавказа" побеседовал с бывшим главой Центробанка Армении Багратом Асатряном о том, в каком состоянии находится сегодня общество и экономика Армении после неполного года "бархатной революции".

- Прежде всего, по вашей оценке, как изменилась внутриполитическая ситуация в Армении после прихода к власти Никола Пашиняна?

- Сегодня Армения не стремится, как прежде, скрывать политические противоречия, если они появляются. Это, в частности, показал недавняя борьба перед парламентскими выборами. В обществе сейчас очень много мнений по тем или иным принципиальным вопросам развития Армении, в том числе активно озвучивают свою позицию силы, которые не представлены в парламенте – но система такова, что эти противоречия не могут привести к чему-либо ужасному. Все глубинные проблемы Армении, включая карабахскую проблему, никуда не делись, вокруг них идет противостояние множества подходов, но, на мой взгляд, такие противоречия только способствуют развитию.

Мы смотрим на внутриполитическую ситуацию так позитивно по той причине, что в предыдущие десятилетия у власти в Армении была сила, которая никак не была представлена в обществе. Республиканская партия Армении, за которой стояли Роберт Кочарян и Серж Саргсян, была искусственным, надстроечным образованием, не имевшим никакой поддержки среди людей. Характерное свидетельство этого – результаты РПА на декабрьских выборах, республиканцы получили меньше 5%. Если бы не преступная система организации выборов в прошлом, если бы не взятки и административный ресурс, они бы и до 2018 года не получали  значительного числа голосов. В итоге общество буквально устало от республиканцев, преследовавших лишь личные мотивы обогащения и не занимавшихся развитием Армении – отсюда и революция. РПА в идеологическом плане не имела лица, не могла определиться, кто ее члены – националисты, социалисты или либералы. Другие партия хоть что-то из себя представляют, а это была просто партия власти, в составе которой был широко представлен преступный элемент. Такие люди не могут иметь политической определенности.

Теперь у нас другие проблемы – новая сила, которая пришла к власти, должна политизироваться. Она состоялась на эмоциональном уровне, эмоции в ее победе сыграли очень большую роль, но теперь обязан начаться политический процесс с образованием фракций. Традиционные партии, которые имеют свое большое или незначительное место, конечно, останутся, и, в принципе, у нас повторится примерно то, что было в 1990 году. Тогда была антикоммунистическая сила – Армянское общенациональное движение, даже не имевшее большинство в парламенте, но взявшее на себя ответственность. Впоследствии из рядов АОД вышла значительная часть партий, которые были представлены в дальнейшем на внутриполитическом поле. Я думаю, что нечто подобное у нас будет и в ближайшей перспективе.

- Насколько возросло реальное влияние Запада в армянской политике за это время?

- По сути, армянское общество – западное, с европейской цивилизацией у нас общие корни. Если говорить о сотрудничестве Армении в рамках ЕАЭС и с Евросоюзом, то для нас оптимальная модель – это "и там, и там", наша самая большая проблема тут в том, что, будучи членом ЕАЭС, мы территориально не граничим с другими государствами союза. Тенденции в европейском плане экономического развития очень здоровые, и сотрудничество с Европой пойдет Армении только на пользу. Мы европейцы, вся наша юридическая, правовая система – европейские, мышление тоже европейское. При этом я не думаю, что это сближение с ЕС будет заметно проявляться в ближайшем будущем, скорее, речь о достижении уровня добрососедских и основанных на взаимопонимании отношений.

- Насколько реальным является улучшение экономического положения Армении при сохранении нагорно-карабахского конфликта?

- Из-за использования этого фактора прежними властями, при Кочаряне и Саргсяне, Армения не могла расти, хотя карманы власть имущих росли большими темпами – на начало 2018 года большая часть богатств республики была сосредоточена в руках депутатов и членов правительства. Одновременно процесс обнищания общества стал как никогда острым – в тот же период порядка трети населения республики оказалась за чертой бедности. Если пройтись по Еревану, это будет отлично видно – нищета в спальных районах, дорогостоящие иномарки у зданий правительства и парламента.

Безусловно, часть проблем можно решить и без урегулирования конфликта – проблему монополизации бизнеса, проблему сращения бизнеса и политики, за счет структурных преобразований можно далеко продвинуться. Но, разумеется, мы понимаем, что в глобальном плане ни одна страна, которая участвует в постоянном военном конфликте, не может быстро и динамично развиваться. Хотим мы этого или нет, но, в частности, мы обременены очень большими военными расходами – а ведь при достижении мира эту ресурсы освободятся и смогут быть направлены на культуру, образование и социальную сферу. Естественно, нагорно-карабахский конфликт – это препятствие для развития Армении.

81170 просмотров



Вестник Кавказа

в Instagram

Подписаться



Популярные

Не показывать мне больше это
Подпишитесь на наши страницы в социальных сетях, чтобы не пропустить самое интересное!