Qalaalti Hotel & Spa

Тбилисские истории. Азиз и Баска

Тбилисские истории. Азиз и Баска

Место действия: Тбилиси, сквер, зажатый между парой высотных жилых домов, недалеко от центра грузинской столицы, вблизи Куры. Действующие лица: Баска, Гия, Азиз плюс человек десять – жильцов высоток.

Баска – хронический алкоголик. Когда пьян, очень неприятен в крайней назойливости добыть пару лари. Его запои закачиваются внезапно. Он исчезает на день-другой, после чего предстает чисто одетым, гладко выбритым. В трезвые периоды Баска - услужливый сосед и очень сильный игрок в домино.

Гия – фанатичный рыбак, не оставивший без внимания ни один водоем в Грузии. Всех знакомых, выезжающих за границу, он озадачивает просьбой привезти что-то рыбацкое. У него невероятное количество спиннингов, удочек, хитроумных снастей. Под это хозяйство его жена, скрепя сердце, выделила огромный шкаф в прихожей.

Азиз – парикмахер, арендующий под салон каморку в цокольном этаже одной из двух высоток. Азартнейший игрок в домино и нарды. Работы у него не бывает много, поэтому он порой спускается к Куре порыбачить в свое удовольствие. Клиенты обычно извещают о своем приходе по мобиле, и через несколько минут Азиз уже на рабочем месте – до Куры-то рукой подать.

В то утро Баска плакал. Слезы стекали по грязным щекам, а он умолял дать ему денег: "Умру ведь! Спасите!" В магазинах по всей округе он уже задолжал. Надежда оставалась на сердобольных соседей. Они отмахивались – Баска успел и их достать. Только Гия еще раз попытался провести с ним воспитательную беседу: "Ты же, когда не пьешь, – нормальный человек?" Баска посмотрел на него с подозрением, но согласился. "Ты же можешь долго не пить?" - продолжал Гия. Баска снова согласился. "С чего ты срываешься?" - вопрошал Гия. В глазах Баски мелькнула ненависть: "Одолевает меня эта зараза. Каждый раз одолевает". "Тебе надо найти серьезное увлечение, - строгим голосом психотерапевта продолжал Гия. – Каждый раз как чувствуешь, что тянет выпить, обратишься к своему увлечению и от выпивки отвлечешься". Баска подумал и согласился. "Что тебя интересует?" - спросил Гия. "Сейчас только стакан водки, - признался Баска. – Граммов на двести". "Не пойдет, - осадил Гия. – Например, рыбалка. Знаешь, какой это кайф?!" "Поучи ученого, - ухмыльнулся Баска. – Я на Куре вырос. Лучше меня на Куре только покойный Гриша рыбачил. И сейчас любому фору дам". "Ну да! – оживился Гия. – И чего не рыбачишь, а губишь себя?" "Как рыбачить? Руками голыми? – захныкал Баска. – Нет удочки. Будь человеком, дай денег – умираю..."

Денег Гия не дал. Зато когда Баска в очередной раз чудом протрезвел, подарил ему старую, но очень надежную немецкую удочку Silstar, катушку лески про запас, коробку крючков разных размеров и прочее необходимое. Сделал это в сквере, где в тени деревьев соседи спасались от палящего солнца. "Баска, - торжественно произнес Гия, - как только появляются мысли о выпивке, берешь эту замечательную удочку – и на Куру. Кончай дурить!" Сентиментальный Баска всхлипнул: "Гия, ты - человек!"

"Ах ты... придешь еще ко мне стричься-бриться. Так постригу, что родные не узнают", - прошипел Азиз и вполголоса пожаловался кому-то: "Я пятьдесят долларов предлагал за эту удочку, а он семьдесят заломил, и в итоге босяку этому даром отдал".

И Баска стал рыбачить. Преисполненный благодарности, он приносил половину улова Гие. Тот подношения принял несколько раз, чтобы не обидеть отказом, но поскольку Баска действительно рыбачил замечательно, да и сам Гия был не последний в этом деле, то его холодильник вскоре оказался забит рыбой под завязку. Поэтому Баска стал одаривать соседей. Некоторые отказывались, опасаясь, что, уйдя в очередной запой, Баска начнет вспоминать о подаренной рыбе и в просьбе дать денег станет совсем уж неотлипчивым.

Но время шло, а Баска ходил трезвый, как стеклышко. Спускался к Куре рыбачить при подходящей погоде, в другое время – громил всех подряд в домино. Кто-то даже предположил: Баска исправился так, что, наверное, и о женитьбе не грех подумать. До этого не дошло – все-таки запил. Гия, пока Баска еще не дошел до критического состояния, пытался усовестить: "Мы же договорились... ты же слово дал... почему рыбачить не пошел, а напился?" Баска заныл: "Руками голыми рыбачить?" "Голыми? – удивился Гия. – А Silstar куда дел? Продал?"

Мог и не спрашивать – мимо прошествовал Азиз с немецкой удочкой в руках. На лице парикмахера играла коварная улыбка – он стал-таки хозяином вожделенной снасти. И не за пятьдесят долларов, за которые когда-то был готов купить у Гии, а дешевле.

Азиз рыбачил на Куре. Жаловался, что рыба почти не клюет. Баска пил по-черному, донимал всех просьбами налить, спал на лавке в сквере, хотя ночами заметно холодало – наступила осень. Потом, как это бывало, когда уже почти все решили, что это его последний загул, вдруг остановился. Еще через несколько дней Баску с Silstar-ом в руках видели спускавшимся к Куре. Гия глубокомысленно изрек: "Все-таки великая вещь рыбалка – даже от пьянства спасает. Но как крохобор Азиз ему удочку одолжил?"

Спасение длилось недолго. Под Новый год Баска снова запил и протрезвел ближе к весне. Опять стал успешно рыбачить. Потом опять запил. Потом трезвел и "жил" на Куре. Немецкая удочка при этом кочевала от него к Азизу и обратно. Бесконечное дежавю. Гия как-то задумчиво сказал: "У этого негодяя запои словно совпадают с нерестом и другим "бесклевьем".

Однажды меня разбудил настойчивый звонок в дверь. Ранним утром на пороге стоял готовый к очередному штопору, слегка поддатый Баска. Он протянул мне многострадальный Silstar: "Не могу – хана мне. Купи, пожалуйста, дешево отдам". "Это ведь Азиза удочка - совсем совесть потерял?" - укорил я. "Нет, сейчас она моя, - гордо ответил Баска. – Потому и продаю. Азиз больше не покупает".

Гия четко уловил странное совпадение загулов Баски с плохим клевом. Оказалось неспроста. Выросший на Куре Баска продавал Азизу немецкую удочку в "нерыбные времена", а потом, пользуясь тем, что парикмахер любил играть в домино, выигрывал у него Гиин подарок. Потом опять продавал ему по дешевке. Опять отыгрывал. Опять продавал в "неурожайный период", и снова обыгрывал в домино азартного парикмахера. И так продолжалось, пока Азизу не надоело, и он не послал Баску на все четыре стороны.

"И во сколько тебе обошелся Silstar?" - спросил у Азиза Гия, которому я рассказал о предрассветном визите Баске. "Семь или восемь раз по сорок долларов, - прикинул парикмахер. - И где этот алкаш так в домино научился играть?! Но все – пусть засунет этот Silstar себе в одно место... дураков играть с ним больше нет".

"Восемь на сорок – это триста двадцать долларов получается, - тут же подсчитал Гия. – Азиз-Азиз, купил бы ее за семьдесят, как я предлагал, и был бы Silstar сейчас твоим. Спустил в Куру три сотни долларов, а немецкой удочки у тебя так и нет, и будет она черт знает у кого – Баска ведь ее все равно продаст". Азиз выругался в сердцах и пошел в свой салон. Но что-то ему не дало сидеть спокойно. Он высунулся в окно и крикнул: "Увидите этого босяка – пусть ко мне зайдет". И в ту же минуту, словно собака на зов хозяина, в дальнем конце сквера вдруг возник Баска с удочкой в руках.

69190 просмотров



Вестник Кавказа

во Вконтакте

Подписаться



Популярные

Не показывать мне больше это
Подпишитесь на наши страницы в социальных сетях, чтобы не пропустить самое интересное!