Что будет с иранской нефтянкой после американских санкций

Что будет с иранской нефтянкой после американских санкций

Возобновление американских санкций против Ирана повернуло вспять процессы, происходившие в нефтяной сфере ИРИ в 2016-2018 годах. К этим процессам эксперты относят увеличение добычи и экспорта нефти, возвращение международных нефтяных компаний (МНК), масштабные инвестиции в возобновляемые источники энергии, внедрение новых технологий в секторах добычи и переработки.

Al Monitor  в статье US sanctions and the dynamics of Iran’s petroleum sector пишет, что спад в энергетическом секторе Ирана серьезно подорвет общее экономическое развитие страны не только из-за роли этого сектора в получении доходов в твердой валюте, но и из-за его функции в качестве двигателя технологического и промышленного развития.

Восстановление санкций США окажет негативное влияние на двух уровнях: доступ к западным МНК в качестве основных поставщиков технологий и капитала, а также способность Ирана экспортировать нефть и нефтепродукты. Оба эти явления будут ограничивать развитие энергетического сектора и подрывать экономику в целом.

После отмены санкций Иран объявил о своих амбициозных планах в отношении нефтяного сектора. В начале августа 2017 года министр нефтяной промышленности Биджан Намдар Зангане обрисовал длинный список задач, в том числе увеличение добычи нефти, улучшение показателей извлечения, обновление отрасли, завершение цепочки создания стоимости в нефтехимическом и нефтеперерабатывающем подсекторах, а также технологические обновления в промышленности. Было подсчитано, что Ирану потребуется $200 млрд новых инвестиций в течение пяти лет и новые технологии. Идеальным сценарием для страны казалось привлечение крупных западных МНК, которые могли бы предложить инвестиции, а также технологии по всем направлениям.

Подписание соглашения с консорциумом во главе с французской Total в июле 2017 года включало в себя главные элементы, изложенные в стратегии Ирана, то есть привлечение западных МНК для контроля и управления проектом, поощрение создания консорциума Китайской национальной нефтяной корпораций (CNPC) и иранской Petropars. Соглашение предусматривало, что в случае отказа Total от сотрудничества, ее доля будет передана CNPC, которая затем станет оператором проекта. Однако непредвиденным обстоятельством стал тот факт, что CNPC также вышла из проекта. Тем временем даже российские компании, такие как ”Зарубежнефть”, отказались от своих иранских проектов.

Это означает, что выбор Ирана в отношении проектов МНК очень ограничен. Помимо ряда государственных российских и азиатских компаний, ни одна из международных корпораций не готова рисковать выходом на иранский рынок, пока действуют санкции США. Это означает, что Министерству нефтяной промышленности придется полагаться на свои собственные компании, такие как NIOC, Petropars, OIEC, а также ряд отечественных инжиниринговых компаний, которые стали главными подрядчиками. Эти компании полагаются на местные технологии, свой опыт предыдущих совместных предприятий с МНК и имеющийся пул малых и средних технологических партнеров, которые готовы работать в Иране, несмотря на санкции. Ресурсы для инвестирования также ограничены. Это означает, что Министерство нефтяной промышленности должно будет предоставить финансовые ресурсы, возможно, посредством выпуска внутренних облигаций, а также снизить технологические ожидания в запланированных проектах.

Нефтяной сектор Ирана не впервые сталкивается с выводом западных МНК с рынка. В период с 2008 по 2015 год большинство МНК, которые участвовали в иранских проектах, вышли из ИРИ в ответ на ужесточение санкций в ядерной сфере. Это привело к созданию Ираном внутреннего потенциала для удовлетворения своих потребностей, особенно в части развития сектора природного газа. Иранский газовый сектор все еще использует технологии, которые были внедрены в период с 1997 по 2008 год. В 2017 году страна произвела 223,9 миллиарда кубометров природного газа, объемы производства которого еще больше увеличились в 2018 году. Добыча на крупнейшем в стране газовом месторождении ”Южный Парс” недавно превзошло суточную добычу в 600 миллионов кубометров. Такое наращивание потенциала будет продолжаться как в сфере добычи нефти, так и газа. Однако для развития не хватает современных технологий, которые Иран надеялся получить от западных МНК. Другими словами, нефтяной сектор будет развиваться, но более медленными темпами и с менее передовыми технологиями. В отдельных случаях необходимое оборудование будет трудно найти на международном рынке, что подорвет прогресс, но не остановит его.

Еще одной важной стратегией станет увеличение внутреннего производства нефтепродуктов и стимулирование их экспорта. Тот факт, что Иран производит различные сорта нефти и газового конденсата в качестве сырья для своих нефтеперерабатывающих заводов, облегчает производство разнообразных нефтепродуктов. Тем не менее нефтеперерабатывающий сектор столкнется с аналогичной проблемой, то есть он будет зависеть от внутренних подрядчиков, полагающихся на более мелкие иностранные компании в качестве технологических партнеров. В среднесрочной перспективе эта стратегия сместит экспорт с нефти на нефтепродукты. Эксперты сходятся во мнении, что гораздо сложнее санкционировать продажу нефтепродуктов, которые могут экспортироваться различным потребителям в ближайшем регионе, чем санкционировать непосредственно нефтяной экспорт.

Иранские модели потребления энергии предлагают еще одну возможность, которой воспользуется правительство. В пересчете на душу населения Иран имеет один из самых высоких уровней потребления энергии в мире. Экономить баррель нефти там дешевле, чем добывать. Поэтому Иран приступил к реализации стратегии по повышению энергоэффективности для улучшения общего энергетического баланса. Если проекты в области энергоэффективности, связанные с использованием возобновляемых источников энергии, будут успешно реализованы, государство сможет расширить свои возможности по экспорту нефти и газа без увеличения фактических производственных мощностей.

Реакция Ирана на новую ситуацию будет заключаться в наращивании внутреннего потенциала и развитии различных подсекторов. Преимущество вышеперечисленных целей заключается в том, что их осуществление возможно при небольших поставках технологий. Отечественные компании будут решать некоторые технические проблемы с помощью иностранных партнеров, но ключевой проблемой станет финансирование проектов, для которых правительству придется разрабатывать новые решения. Некоторые планы, например, по производству сжиженного природного газа, которые требуют более сложных технологий, будут отложены на время. Конечным результатом станет замедление амбициозных целей ИРИ, постепенное наращивание потенциала и более эффективный энергетический баланс в среднесрочной и долгосрочной перспективе. Эта тенденция лишит страну значительного сегмента ее богатства за счет углеводородных ресурсов, но не приведет к падению сектора или к краху экономики в целом.

6755 просмотров



Вестник Кавказа

на YouTube

Подписаться



Популярные

Не показывать мне больше это
Подпишитесь на наши страницы в социальных сетях, чтобы не пропустить самое интересное!